Книга Убойная секретарша!, страница 11 – Янина Логвин

— Лина, но «Агромарс» будет против, – заметила художница Лариса, очень исполнительная и серьезная девушка лет тридцати. Наш главный по отделу человек-аргумент в пользу «минус». – Это приличные траты для фирмы.

— А я согласна с Линой. Ну и что? Если они решились на перемены, то почему бы не на кардинальные? – поспешила ей возразить Кристина, специалист по тексту и человек-аргумент в пользу «плюс». – Важен результат! Вот увидишь, они передумают, когда мы создадим для них новое лицо и новую жизнь!

— Вот именно! – поддакнула я. – Умницы, девочки! Чистую, как белый лист. Поэтому логотип компании должен быть белым! Вызывать доверие. Привлекать чистотой и незапятнанностью репутации! Никакого золота в дуэте. Простые и натуральные цвета. Понятные слова. Времена меняются, люди не хотят платить за то, в чем когда-то разочаровались.

— И ты скажешь об этом «Агромарс» в лицо? – на лице самой Ларисы всё еще читалось сомнение, но она уже положила руку на графический планшет и открывала рабочую программу. – Регина снова спихнет негатив на тебя, а сама умоет руки.

Я пожала плечами, прекрасно зная, что так и будет.

— Скажу, Ларис. В конце концов, они за этим к нам пришли, и платят нам, чтобы мы решили их проблемы. Скажу, иначе откажусь отвечать за провал рекламы.

— А кофе, Лин? Выпьем? Мы тебя час ждали.

— Ладно, девочки. Всем десять минут перерыв на кофе и работаем!

Вот в эти десять минут за горячим эспрессо я и рассказала Марику о своем паршивом утре и приключениях с котом и метлой.

А дальше открылась дверь и явился Арнольд. И почему-то сегодня мне видеть его совсем не хотелось.

— Ангелина, ты уже на месте?! – послышалось одновременно нетерпеливое и облегченное. – Ну, наконец-то!

Дверь в отдел распахнулась, и вошел длинный и худой Мерзляев в деловом костюме и галстуке. По дороге на работу он успел заехать к парикмахеру на укладку, и теперь тонкие волосы Арнольда торчали надо лбом, словно он пережил встречу со штормовым ветром. А острые черты лица изображали не деловую строгость, к которой он всегда стремился, а скорее удивление.

Пройдя через офис, Мерзляев остановился у моего стола и опустил руку на столешницу. Забарабанил по ней нетерпеливо пальцами, давая недвусмысленно понять, что недоволен.

Обычно мой парень избегал на людях проявлять ко мне чувства, с самого начала дав понять, что это непрофессионально и будит нездоровый интерес у коллектива. А значит, личные отношения лучше перенести за пределы офиса. Но сегодня был особенный день и, наклонившись, он коротко чмокнул меня в щеку.

— Привет, Лина.

— Привет, Арнольд.

— Ты опоздала.

Я улыбнулась. Вышло натянуто. При виде Мерзляева сразу же вспомнился приснившийся ночью кошмар и вкус грязных листьев во рту.

А еще слова, сказанные мной Женьке. Не знаю, возможно, и правда метла виновата, но картинки перед глазами неожиданно сложились в не очень приятную действительность. Перспектива будущего с Арнольдом теперь угнетала, и вдруг захотелось с ним поговорить по душам.

Зачем это всё? Вот эти поцелуи в щеку, словно ворованные. Редкие встречи в сумасшедшем рабочем графике. Хватит играть в картонные отношения. Мы всегда понимали, что никаких «особых» чувств между нами нет.

Разве они могут быть между «влюбленными», которые даже не желают друг другу спокойной ночи?