Онлайн книга «Ангел с разбитыми крыльями»
|
— Пожалуйста, уйдите.… — Но мы ещё вернемся, Греко! Не думай, что так легко расплатился за долг! *** У Санто случился инсульт и парализовало половину тела, мама не могла вставать, но могла двигать руками. И она не боялась смерти, как думал Гвидо Фальконе, потому всё-таки позвонила в полицию, когда мы оба с Санто попали в больницу. *** Я не помню первые две недели после произошедшего, я как будто оглохла к реальности и ушла в себя. Один глаз заплыл, губы сочились кровью, а тело покрывали синяки и ссадины. Но сильнее всего болела душа. Приезжала какая-то социальная служба, приходили из полиции, наведывался психолог — я молчала, совсем. Врач без меня сообщил им все подробности обследования, и скоро соседи, школа и весь пригород знал, что дочь Санто Греко подверглась насилию молодых отморозков. Несмываемое клеймо, хуже грязи на лице. О нём узнают и будут говорить соседи. О нем не забудут друзья. Полная надежд и мечтаний жизнь больше никогда не будет прежней. И я не буду. Но страшнее было думать, помня, что друзья Дино сделали со мной и Санто, что мучители вернутся и всё повторится вновь, если я назову их имена. Если хоть что-нибудь «вспомню», они доберутся до моих родителей и убьют нас всех. Наверное, поэтому я равнодушно восприняла новость о смерти Дино. Передозировка. Упал в метро под поезд. Свидетелей нет. Когда следователь вошел в больничную палату и спросил, нет ли у меня предположений, откуда на теле моего брата взялись кровоподтеки и синяки, я лишь закрыла глаза и отвернулась к стене. Сволочь он сводная, а не брат! — Ева? — Нет, мы не были с ним близки. — А где он жил в последнее время и с кем общался, знаете? — Не знаю. Я давно его не видела. — Вы вспомнили что-нибудь из той ночи, когда пропали? Какие-нибудь события, имена? — Нет, ничего. — Ваш сосед Аролдо Моджо сказал, что видел Дино в тот день поблизости от вашего дома. Он околачивался там с каким-то парнем. Скажи, девочка, он мог желать тебе вреда? — Пожалуйста, инспектор. Соседи и так не лучшего мнения о нашей семье. Я ничего не помню! Когда смогла вставать, я приходила к Санто. У него отняло речь, он силился что-то сказать, мычал, растягивая звуки в подобие слов, и бессильно плакал. Но мне не нужно было его слышать. Я садилась рядом, утыкалась щекой в плечо отчима и понимала его без слов. Он просил у меня прощения за своего сына. За то, что не уберег маму и не смог защитить меня. За то, что посмел любить нас и впустил в дом беду. Лучше бы Дино его убил. — Санто, все будет хорошо. Ты выздоровеешь, мы вылечим маму и уедем отсюда далеко-далеко! Врач сказал, что ты сильный и молодой, мы справимся. У тебя будет новая ювелирная мастерская, ещё лучше прежней, много заказов и я буду тебе помогать… Действующая рука Санто по-прежнему оставалась теплой, лежала на моем плече и была мне очень нужна. Как была нужна маме, которая оставалась дома одна с социальной работницей и от бессилия что-то сделать таяла на глазах. Верила ли я тогда в свои обещания? Не знаю. Меня будто выпили изнутри, оставив пустую оболочку. Я ничего не могла изменить в своем настоящем, но продолжала любить тех, кто был мне дорог, и кого не могла потерять. А Санто понимал, что если сдаст банду Фальконе, они сделают со мной то же, что с Дино, и никто не сможет им помешать. |