Книга Проиграй мне, недотрога, страница 86 – Ульяна Романова

— А сердце что говорит?

— Что он отличный парень.

— А голова?

— Что он вредный, вспыльчивый, заносчивый засранец!

— Но быть с ним ты хочешь?

— Данелия, — взвыла я, хватаясь руками за голову.

— Мне-то можешь правду сказать.

— Хочу, — пробурчала я.

— Так дай. Шанс в смысле. А потом будем разбираться. Если совсем плохой окажется…

— Хасану пожалуемся? — засмеялась я.

— Легко! — махнула рукой подруга. — Я еще поплачу, тогда Колдуну точно хана.

— Ты очень коварная женщина, — я сузила глаза и состряпала серьезную моську.

— Я просто верная подруга, — подмигнула Дана.

— Это да, хорошо, что ты вернулась.

— Это да, — глаза подруги подернулись романтической дымкой, а сама она погладила свой животик, уйдя в свои воспоминания.

— У меня дел на сегодня больше нет, — я глянула на настенные часы, которые показывали шестнадцать двадцать.

— У меня тоже, Хасан через десять минут закончит, и домой поедем. Тебя подвезти?

— Нет, я сама.

— А чего на байке Колдуна не ездишь? Подарили, могла бы и попользоваться.

— Ага, как в любимом фильме Тихона про плохую училку. Не уверена, что родители учеников оценят училку на байке, а нам деньги нужны. Ладно, я домой.

Я взяла сумочку, попрощалась с подругой и, пока шла к выходу, крепко задумалась. Колдун не звонил и не писал мне сегодня. Занят или передумал разговаривать?

Но уже неплохо зная Тихона, я могла с уверенностью сказать: этот парень двигал строго вперед, видел цель, не видел препятствий и всегда добивался своего.

Вышла на улицу и застопорилась. Колдун сидел прямо на лесенке и с кем-то разговаривал по видеосвязи.

Я тихонько подошла к нему со спины, заглянула и хмыкнула. На экране в качестве собеседника была кастрюля. Обычная, трехлитровая, керамическая.

К ней, собственно, Тихон и обращался.

— Я цыпленка маму жарил!

Интересная, однако у него беседа с посудой! Интересно, кастрюля ему отвечает или еще рано вызывать неотложку?

— Заканчивай эту фигню, пока сама кеды на иконостас не откинула, поняла?

В голове почему-то пронеслось крылатое «горшочек не вари», но кастрюля неожиданно ответила человеческим голосом:

— Тиш, не бузи, все нормально будет, обещаю.

Я села рядом и, с трудом сдерживая смех, посмотрела ему прямо в глаза. Колдун соображал быстро, посмотрел на экран и рявкнул:

— Машка, покажись, мать твою за ногу, люди думают, что я с кастрюлей разговариваю.

— Ой, ну полежишь в клинике, там как на курорте почти. Тепло, тихо, мухи не кусают, друзей найдешь. Главное, от престола сразу отрекайся и со Сталиным не спорь, иначе в заднюю палату переведут! — смеясь, ответила ему сестра.

— Короче, мелкая, никаких гонок, найдем тебе деньги без них, поняла?

— Да-а-а, — так протянула Марья, что сразу стало ясно: не поняла!

— Уши откручу и к шлему приклею, — пригрозил ей Тихон.

— Да-да, пока! — И отключилась.

— Вот же коза блохастая! — вознегодовал он. — Прикинь, на гонки подписалась за деньги, не хватает у нее на мотошколу. В башке ветер и сборная тараканов по непредсказуемости.

Он опустил голову, посмотрел на меня из-под ресниц и уже совершенно другим голосом закончил:

— Я скучал, кошка.

— Встань, пожалуйста, — попросила я.

— Что такое? За мое мужское здоровье беспокоишься?

— Очень, — честно призналась я.

Мы оба встали на ноги, я подумала и поднялась на ступеньку выше, чтобы оказаться с ним на одном уровне, а не задирать голову, чтобы хорошенько поскандалить.