Книга Проиграй мне, недотрога, страница 70 – Ульяна Романова

— Знаешь уже? — скис он.

— Да, мне на выбор предложили посудомойку и стиралку, и есть подозрение, что если я возьму свой приз, то обзаведусь и тем и тем…

— Прости, я по приколу поспорил и чтобы Колдуна раззадорить. Я ж не знал, что ты такая классная женщина. Ну хочешь, холодильник забери, если посудомойка и стиралка есть.

— Обойдусь, — с достоинством ответила я.

— Обидел?

— Николай, я сама решу свои проблемы. И с Тихоном в том числе.

— Слушай, я как друг предлагаю. Понимаю, что нам ничего не светит…

— Разумеется, не светит! — согласилась я.

— Просто знай, что я могу быть хорошим другом. Правда, другом, без всяких там…

— Значит, забыли про ваш злодейский спор, — резюмировала я.

— Забыли. Так что, обидел?

— Нет. Все хорошо. Николай, мне нужно идти.

— Я от тебя не отстану, пока не скажешь, почему ты такая грустная, — уперся он.

— Это личное, а ты мой ученик.

— Урок закончился, — намекнул он, — я просто чувствую себя виноватым и хочу искупить. А то совесть мучает, спать не дает…

— Боже, хоть один из вашей парочки знаком со словом «совесть», — не удержалась я.

— Рассказывай, я не отстану.

— Ты мне не поможешь. Мне нужен адвокат по семейным делам.

— Ты не поверишь, Янина, но их есть у меня. Матушка моя.

— Серьезно? — не поверила я.

— Мамой клянусь, — весело хмыкнул он. — Какие проблемы?

— С бывшим мужем. Алименты не платит, и дочь… Длинная история.

— Так давай я ему морду набью, сразу и алименты оплатит, и говорить месяца два не сможет, челюсть долго срастается…

— Николай, я буду действовать законными методами! И мне хватило одного представителя вашей замечательной бригады из полиции доставать. Надеюсь, капитан Шереметьев и тебе друг?

— А то! Он тебя и сдал, в смысле сказал, где ты работаешь и как тебя найти.

— Еще один засранец, — закатила я глаза.

— Я еще не сразу понял, почему он ржет. Оказалось, что за полчаса до меня тебя Тихон пробивал. Так, давай тогда я маме наберу, договорюсь о встрече…

— Угу. Как раз обсудим с ней твое поведение!

— Не надо, — вырвалось у Николая.

Кажется, матушку он уважал!

— Я напишу тебе, — пообещал он, — и это… Если Колдун обидит — можешь мне пожаловаться! Я ему морду набью.

Кажется, у Николая было универсальное решение всех проблем — набить кому-то морду! И я не могла с уверенностью утверждать, что решение в корне неверное.

— С Колдуном я сама разберусь, — пообещала я, — спасибо!

И отключилась. Поднялась на ноги, потянулась, разминая затекшую шею, взяла мобильный, подумала и набрала номер бывшего мужа. На удивление — Рома ответил.

— Привет, — я снова завелась, — как хорошо, что я снова не в твоем черном списке звонков.

— Я сам хотел позвонить. Яна, что ты ей позволяешь? Какие розовые волосы, она девочка!

— Именно! Она девочка! А что делаешь ты?

— Я пытаюсь сберечь нашу репутацию. Что люди скажут? А моя мама? Яна, прекращай это безобразие, не делай из нее себя, я годами не мог это из тебя вытравить, теперь дочь?

— Да, Ром, теперь дочь. И из нее ты это не вытравишь, — ядовито ответила я, — потому что я не позволю!

— Янусик, прекрати этот бунт, тебе совершенно не идет быть гром-бабой. Женственность — это про тебя, а вот воевать с мужчиной… С отцом твоего ребенка. Она ведь и моя дочь.

Мои глаза закатились так далеко, словно хотели посмотреть, не дымится ли мозг!