Книга Грецкий орешек, страница 52 – Ната Вади

Что мне важнее? Унять боль в переполненных яйцах или восстановить дружбу с прошлой компанией? Ответ, по-моему, очевиден.

С другой стороны, если я сейчас откажусь помогать девчонке, та вернется в офис и расскажет Юльке, какой я придурок. Так что тут я снова окажусь в пролете. Без вариантов.

Не хочу даже смотреть на Натали, стоящую рядом, ибо глаза у меня сразу спускаются к ее слишком короткой юбке. Ну вот нахрена так одеваться, спрашивается? Хоть блузка закрытая, и на том спасибо. Я понимаю, лето, тепло, все дела, но можно же подлиннее вещи подбирать, а? Или она специально? Чтобы привлечь чужое внимание? Например, Тимура того же.

Блин, у меня слабость к миниатюрным вредным брюнеткам в принципе, а уж с такой фигуркой... и говорить не о чем. Она стоит рядом, и я чувствую тепло ее тела, даже не прикасаясь. Это какая-то магия на грани идиотизма.

И всё же она похудела... не сильно, но заметно. Скулы чуть острее, ключицы больше выступают, талия тоньше. Хм…

— Мирослав, м-м-м, спасибо, конечно, но не стоило тебе тут торчать. С инспектором я бы разобралась сама.

Да-да. То-то же ты молчала в тряпочку, и диалог вел я. Стояла как мышка, только сопела.

— Машину тоже сама отгонишь в сервис, я так понимаю? — выгибаю бровь.

— Ничего страшного не случится, если она здесь еще какое-то время постоит, — вспыхивает Натали.

— Тебе русским языком сказали, что нужно произвести оценку повреждений в ближайшее время...

— Да, но ты не единственный человек в Новосибирске, который умеет водить, Горин, — самодовольно складывает руки на груди противная девчонка. Грудь от этого жеста становится еще заметнее, и я с трудом отвожу взгляд.

Делаю вид, что оглядываюсь по сторонам, а потом развожу руками. Вокруг — ни души.

— Это так, но что-то я не вижу здесь толпы желающих, готовых тебе помочь.

— На что это ты намекаешь? — в раздражении делает шаг ближе Наташа.

Я отступаю. Инстинктивно. Этот жест девушка улавливает, сразу тушуется и губы свои красивые дует. Смотрит на меня с подозрением и обидой одновременно.

— Давай, Наташ, ты как-нибудь потом повыпендриваешься, а? Гони ключи и поехали.

— А ты не можешь... — начинает Натали, как-то резко теряя весь свой боевой запал. Голос становится тише, неувереннее.

— Один всё сделать? — договариваю за нее я. — Да с хера ли? Оформляться в любом случае тебе, забирать тачку тоже.

Она бросает мне ключи (нет чтобы в руки нормально передать), кидает сумку на заднее сиденье и забирается в тачку. Я же со вздохом глубочайшего смирения со своей участью проклинаю Юльку, мои цели с ней заново сдружиться и открываю водительскую дверь. Еле усаживаюсь в тачку и сразу регулирую кресло, потому что оказываюсь грудью прижат к рулю. Тесно, как в консервной банке.

— Неужели ты такой гном? — выдаю не задумываясь. Её кресло отодвинуто на самый максимум вперед, я едва помещаюсь.

— Неужели так сложно не быть козлом? — отвечают мне с соседнего места язвительно.

Я поворачиваю голову вправо и мысленно чертыхаюсь. Лучше бы она сумкой прикрыла ноги свои, а теперь всё еще больше напоказ. Юбка задралась, когда она садилась, и открывает вид на стройные бедра. Взгляд приковывают ее острые коленки, и я представляю, как одной рукой веду машину, а вторая путешествует по ее ноге выше, быстро оказываясь под юбкой. Находит трусики, сдвигает их в сторону...