Книга Обнаженные розы, страница 286 – Юлия Поспешная

Левая часть дома клонилась в сторону, и вот-вот просто обрушится на землю.

В огромной бреши разлома между половинами дома полыхало высокое пламя, горели края обломков двух половин дома. Сгорали стены, потолок, лестница, осколки бытовой техники, мебель, двери и все до чего мог дотянуться ненасытный огонь.

Вверх, от дома, к ясному небу, точно победный штандарт поднималась толстая, похожая на трубу, струя черно-серого дыма. На наших глазах обломилась ещё одна часть второго этажа.

Я увидела падающие в огонь шкаф, стулья, разлетающуюся цветными тряпками одежду и какие-то листы бумаги.

А перед домом на лужайке, в луже крови лежала пронзенная двумя осколками досок собака Ани, питбуль Эдди.

Аня стояла рядом со мной, и прикрыв левой ладонью рот молча, тихо плакала.

Я взяла её за руку. Она не сопротивлялась. Напротив, крепко с чувством сжала мою ладонь.

Я ощутила её накатывающие воспоминания. Но я сопротивлялась новым видениям. Сейчас совсем не подходящее время для них.

Я посмотрела по сторонам. Место здесь было глухое. Кругом заросли подступающего к городу густого леса. И соседних домов даже не видно.

Ни Стаса, ни его машины я тоже не видела.

Куда он делся? Почему уехал? Что с ним случилось?

Я понимала, что Стас не мог меня бросить. Значит, что-то случилось, что-то произошло.

В голове мгновенно закружился порывистый вихрь, смешанный из опасений и страхов.

Где же Стас? Жив ли он? Кто заставил его уехать? А если ему нужна помощь? Что мне делать?..

Вместе с тем я росло нагнетающее понимание того, что нужно уходить, нельзя здесь оставаться.

Я должна увести Аню, как можно дальше...

И тут, к своему ужасу я увидела, как из окна кухни, из того самого, через которое выбирались мы, вылез Романтик.

Аня ахнула, пошатнулась, качнулась назад.

-Я же говорил, что ты моя!..-хохоча безумным смехом прокричал он.

Мы с Аней, не сговариваясь, развернулись и что было сил, рванули прочь, в сторону лесной чащи.

Мы слышали крики Романтика. Слышали его угрозы и обещания расправиться с нами. Он обещал, что снимет с нас шкуры, что будет пытать нас и насиловать обеих по очереди.

Он орал на вслед, как будет отрезать нам конечности, и ломать кости.

Он много чего обещал.

И ни я, ни Аня ни на йоту не сомневались, что свои обещания он непременно выполнит.

И это придавало нам сил.

Пятница, 20 июня

Дорога стремительно выползала из-за поворота.

А поворот все не заканчивался. Длинный поворот словно издевался над Стасом, не желая открывать вид на улицу, где располагался дом Анны Шмелиной.

Стас чувствовал импульсивное нетерпение, подстегивающее его.

Он знал и понимал, насколько опасны для Ники те секунды, что его нет рядом.

Страх за её жизнь формировал в его воображении страшные картины.

Корнилов не желал верить своим опасением. Он успеет. Он должен успеть.

Водитель Ауди и так гнал с серьёзным превышением.

Поворот закончился. Ровная, как линейка дорога протянулась далеко вперед. Её обступали плотные заросли леса, с редкими уличными фонарями.

И тут Стас увидел всползающий по небосводу, похожий на гигантского змея, чёрный дым.

Дым от пожара. И Стас ни мгновения не сомневался, что там впереди может гореть. О нисколько не сомневался, что его опасения оправдаются.

-Гони!-крикнул он на водителя.