Книга Обнаженные розы, страница 246 – Юлия Поспешная

Высокие потолки. Темно-зеленые стены. Возле окон везде тяжелые, плотные бордовые портьеры. Двери почти везде двустворчатые, старые, деревянные со стеклянными вставками.

На полу серые ковры и немало вазонов с цветами или пальмами. Стены иногда обильно украшали детские рисунки. Порою очень талантливые, между прочим.

Что меня кстати приятно удивляло в русских, это действительно настоящие изобилие разных талантов.

Начиная от пацанов во дворе, которые иной раз такое вытворяли с мячом, что только стоишь и смотришь разинув рот, и заканчивая людьми с удивительными певчими голосами.

Конечно, столько, сколько в России я нигде раньше не жила.

Но в прежние времена я часто проводила летние каникулы во Франции, Испании и Италии. Пару раз в Швеции и один раз в Штатах. И как-то подобного не замечала.

Хотя, конечно, может быть я просто не туда смотрела.

Всё может быть.

Нас со Стасом проводили в кабинет директора детдома.

Он находился в самом конце левого крыла на втором этаже.

Почти в конце коридора.

Интерьер в коридорах и увиденных мельком комнатах был довольной уютный и приятный. Но вместе с тем в нём чувствовалась некая гнетущая мрачность.

Наверное, из-за сочетания темных оттенков зеленых стен, портьер на окнах и ковров.

Она усугублялась необычайной тишиной в здании. То есть иногда слышались голоса, смешки.

Но, что меня удивило никто не носился по коридорам, никто громко не разговаривал, не дурачился, и не веселился. Только на улице.

И... только сейчас, бросив взгляд в окно я увидела, что настроение у детишек далеко не самое радужное. Оно и понятно. Радоваться то им особо нечему.

В шестнадцать лет их выгонят из детдома, и они должны будут поступить в училища, техникумы, и возможно кому-то удастся попасть в хорошую школу-интернат. Это я о тех, кому не повезёт найти родителей. А таких, наверное, всё-таки большинство.

Охранник остановился перед дверью директора детдома и указав на него рукой проговорил несколько скомкано:

-Вам сюда. Директрису зовут Анжела Антоновна.

-Я вижу.-Стас кивнул на бронзовую табличку, украшавшую дверь из темного дерева.

Он подошел к двери и постучал. Гулко и властно.

Затем вошел внутрь.

Я вошла следом, закрыла за нами дверь.

Анжела Антоновна оказалась черноволосой, аскетичной, довольно высокой женщиной с длинным горбатым носом и тонкими, чёрными бровями.

Когда она говорила, они так странно двигались, что были похожи на лапки какого-то насекомого.

Она была одета в горчичный пиджак и брюки цвета бистр с чёрными туфлями.

-Понятия не имею, чем мы могли заинтересовать Уголовный розыск.-проговорила Анжела Антоновна низковатым меццо-сопрано.

Она почему-то волновалось. И это было заметно.

У неё бегали глаза, она не знала, что делать с руками, а её улыбка кажется работала отдельно от всей лицевой мимики.

-Я вам подскажу.-Стас бесцеремонно сел в одно из обитых зеленым бархатом кресло и взглядом показал мне на второе.

Я послушно проковыляла ко второму креслу, и опустившись в него поняла, что долго мне сегодня пешком ходить не придётся.

Ноги пульсировали дерганной, саднящей болью.

-Нас интересует один из ваших бывших воспитанников.

-Бывших?-проговорила Анжела Антоновна.-Видите ли я здесь не слишком давно...

-Думаю достаточно давно, чтобы помнить Демида Хазина.-с металлическим звоном в голосе перебил её Стас.