Книга Монохромный человек, страница 359 – Юлия Поспешная

-Поняла.-кротко ответила я.-Хорошо… поехали.

-Спасибо, Ника.

-Перестань меня благодарить каждый раз.-чуть нахмурившись, ответила я.-Это выглядит странно.

-Я тебе многим обязан.

-Я тебе тоже.

Мы посмотрели друг на друга, с пониманием во взглядах тихо, скромно засмеялись. Стас надавил на педаль акселератора и сменил передачу.

***

-Да поймите же! Я же вам русским языком объясняю! К нему нельзя! Нельзя! Он в тяжелейшем состоянии! Его организм пережил тяжелейшую интоксикацию! Яд рыбы Фугу это вам не клея перенюхать! Тетродотоксин стремительно парализует тело и вызывает сильнейшую дисфункцию органов дыхания! Да его вообще еле довезли к нам! И он сейчас всё равно не сможет вам ничего рассказать! Он без сознания, поймите вы!.. Его же чудом удалось спасти!.. Вообще удивительно повезло, что он не отошел к праотцам! После такого яда единицы выживают! И то непонятно как! А теперь вы ещё просите, чтобы я вас к нему пустил!

Заведующий отделением реанимации пришел в бешенство, когда Стас сказал, что мы хотим навестить Лукьяна Курбатова. И уже минуты три мы со Стасом слушали гневную тираду доктора Салтыкова.

-Нет! Нет! Категорически, нет!-рассекая воздух ладонью вскричал доктор.-Я запрещаю вам трогать этого человека!

-Доктор.-процедил Стас.-Вы хоть понимаете, что от слов и показаний этого человека могут зависеть жизни других людей?

Салтыков вздохнул.

-Хотите, можете потом обвинять меня, но…

-Обвинить,-холодно перебил его Стас.-Я могу кого угодно, только делу это не поможет. Поэтому я предлагаю, вот эта девушка зайдет в палату к Курбатову и просто посидит там. И никто не будет задавать вопросы вашему пациенту.

Доктор Салтыков с подозрением, недоверчиво посмотрел на меня. Затем снова на Стаса, и опять на меня.

-Просто посидит?-с сомнением спросил он.-Зачем вам это?

-Так нужно.-расплывчато ответил Стас.

Доктор колебался не долго.

-Ладно.-вынужденно ответил.-Чёрт с вами, пусть заходит. Но!

Он поднял указательный палец.

-Не дай бог она потревожит Курбатова! Я вас выставлю в два счета!

-Конечно.-улыбнулся Стас.-Не извольте беспокоится, доктор Салтыков.

Заведующий ничего не ответил, только одарил Корнилова неприязненным, раздраженным взглядом.

Я, преодолевая робость зашла в палату к Курбатову.

В палате со светло-салатовыми стенами пикала медицинская аппаратура. На мониторах приборов скакали показатели работы органов Лукьяна. Через ламели вертикальных жалюзи в палату вонзались рассеченные лучистые фрагменты дневного света.

Я осторожно села в кресло у кровати, посмотрела на лицо Лукьяна под кислородной маской. Возле кровати Курбатова стояло две капельницы. На мониторе аппарата искусственной вентиляции лёгких бежали четыре цветные полоски угловатых зигзагов.

Курбатов находился в стабильном, плачевном состоянии.

Тетродотоксин. Ну, надо же. Кто-то о-очень хотел, чтобы Лукьян умер. А значит Курбатов знает, что-то такое что может быть невероятно важным для следствия. И я должна выяснить, что именно.

Я оглянулась на окно палаты, что выходило в коридор. Там стояли Стас и доктор Салтыков. Первый ободряюще мне улыбался. Второй, поджав губы, чуть вздернув подбородок смотрел с ледяной и жесткой надменностью. Я отвернулась, вздохнула. Нужно успокоится.

Я закрыла глаза, расслабилась, перестала сопротивляться подкатывающим волнам витающих в больнице воспоминаний. Вязкая, плотная масса из пережитых эмоций, эпизодов и мгновений плавно покачивалась в палате Курбатова. Ворох голосов, звуков и явлений перекатывался в моем сознании. Мне стоило усилий сосредоточится на воспоминании Лукьяна Курбатова.