Книга Монохромный человек, страница 11 – Юлия Поспешная

— Зачем? — Ящер чуть нахмурил брови и тут же ответил. — Уменьшить вес?

Корнилов молча кивнул.

— Убийство он готовил заранее. Очень хорошо, заранее. Может быть даже за месяц, или за два.

— С чего ты, взял?

— Длину тросов видишь?

Ящер осмотрел белесые тугие тросы, под потолком.

— Длина разная.

— Длина тщательно рассчитана, от точки до точки. — Стас указал рукой в разных направлениях. — И кто, где будет находиться. Где мать, где отец, где сын и дочь.

Стас вздохнул.

— Эта продуманная… композиция.

Ящер выругался.

— Нам опять попался «художник»? Ненавижу их… Больше, чем «идейных философов» и «борцов за справедливость».

Стас в ответ ощерился.

— Ну, последние, не редко питают слабость к всевозможным взрывоопасным веществам и механизмам. А это… как правило, влечет куда больше жертв.

— Зато. поймать их легче. — ответил Ящер, ставя свой кейс на пол.

— Согласен, аргумент. — вздохнул Стас, оглядывая тела.

Он осмотрел волосы женщины, мальчика и девочки.

— Он их стриг.

— Что?! — скривился Ящер.

— Он подстриг им волосы, перед тем, как покрасить.

— Что… Зачем? — Щербаков достал фотоаппарат, начал настраивать. —

Стас слез с кровати, осмотрел комнату и спросил.

— С чем у тебя ассоциируются чёрно — белые цвета?

— С далматинцами… — хмыкнул, в ответ, судмедэксперт.

— Яша. Не смешно.

— Ладно, ладно… подожди. — Ящер скривил рот, углубился в раздумья. — Это… Как знак Инь — Янь.

Он недоуменно скривил лицо, взглянул на Стаса.

— Гармония?

— Гармония. — устало кивнул Стас. — Он, скорее всего, до ужаса педантичен, наверняка, у него присутствует неуклонная и неудержимая, патологическая склонность к порядку.

Стас ещё раз обвел взглядом комнату.

— Он хочет быть идеальным. — проговорил Корнилов и подошел к платяному шкафу, открыл его.

— А причем тут чёрный и белый цвета? — спросил Ящер, нацеливая объектив на мертвые тела, «парящие» под толком.

— При том, что в них нет ничего лишнего. — проговорил Корнилов, оглядывая абсолютно пустой шкаф.

— Лишнего? — переспросил Ящер.

— Здесь ничего не трогали?

— Нет. Вроде бы нет. А что, в его понимании, «лишнее»?

Стас закрыл дверцы шкафа, обернулся на Ящера.

— Цвета.

— Цвета?

— Все иные цвета, кроме черного и белого. Все те лишние и ненужные оттенки и цвета, что нарушают гармонию, порядок и идеал.

Щербаков хмыкнул.

— Думаешь, это тот же тип, что и… восемь месяцев назад?

— Да. — уверенно ответил Стас. — И если кое — какие мои подозрения верны, будет ещё убийство.

— Не сомневаюсь, что ты прав. — мрачно ответил Ящер.

Обычно, прогнозы Стаса всегда сбывались. И по своему обыкновению, именно, самые неприятные и зловещие.

Ящер встал под телом убитой женщины. Навел фотоаппарат, сделал несколько снимков.

Посмотрел на дисплей цифровой камеры. С сожалением, покачал головой.

— Она была красивой. — сказал он, с внезапной грустью.

Стас встал рядом с ним, заглянул через плечо.

Ящер рассматривал лицо покойницы на снимке.

— Да. — согласился Корнилов. — И, скорее всего, была очень хорошей женой и матерью.

Яша медленно оглянулся, с хмурым беспокойством взглянул на Стаса.

— Он стремится к идеалу. — напомнил Стас. — Думаю, и отец семейства был идеальным семьянином, и дети у них были соответствующие.

На лице Яши дрогнули мышцы, его выражение чуть изменилось. Мелькнуло злое отвращение, но он тут же снова успокоился.