Книга Красные нити, страница 73 – Юлия Поспешная

Охваченная привычным волнением, я в смятении глядела на детей.

Во мне крепло и твердело ожидание чего-то страшного и отвратительного. Я чувствовала это. Я знала… И словно в подтверждении моих слов в нескольких шагах от девочек я увидела Вестника. Конь молча, не двигаясь стоял в траве и глядел на нас.

Высокий, породистый, тёмно-мышастой масти, и с густой челкой на глазах. Он не вороной, но ненамного лучше него.

Летнее небо потускнело. Словно ослабев бесшумно осел теплый ветер. Трава и листья больше не качались от его дуновений. Летний день померк, теряя краски. А девочки вдруг остановились, застыли. Розовый мяч упал на траву, неспешно покатился в сторону.

Часто, нервно дыша я мотала головой из стороны в сторону. Все девчонки вокруг меня вдруг опустили голову и руки. Все стояли одинаково понуро, молча, покорно.

— Что… — начала я.

И тут сверху к каждой из них точно щупальца или длинные языки спустились сотни красных нитей. Я поперхнулась криком ужаса, глядя, как нити опутывают девочек. На моих глазах обвязанные нитями девочки обманчиво легко взмывали вверх одна за другой. Я задрала голову вверх и увидела, что небо над моей головой побагровело, а облака почернели. Я не кричала. Я только задыхалась, одержимая бессильным кошмаром происходящего.

Все восемь девочек безжизненно повисли на красных нитях, которые густо обвили ветви старого кряжистого древа с черной корой. Все восемь девочек были облачены в зеленые платья. На их глазах темнели кружки пуговиц, а губы были стянуты грубыми черными стежками.

— Нет… — пролепетала я. — Нет… Нет не может быть… Неужели… Но…

Несколько секунд назад девчушки весело играли в мяч под летним солнцем. И вот они уже висят над красных путах. Навсегда затихшие и опустевшие. Им никогда уже не играть в мяч в летний день, им никогда уже не смеяться, и никогда не радоваться своей беззаботной детской жизни… Кто-то за них решил, что жизнь им больше ни к чему.

С дрожащими губами, приоткрыв в страхе рот я глядела на покачивающиеся тела детей. Парализованная окутывающим меня хладным чувством кошмара, с трудом вдыхая горький воздух я глядела на сотворенное очередным чудовищем зло. Чёрное, гадкое, непростительное и пугающее зло. Зло, которое нарушает все мыслимые устои человеческой жизни и всего этого мира.

Убийство. Убийство детей. Убийство беспомощных, не успевших пожить детей сирот. И первое, и второе, и третье страшнейшие, что способен совершить человек… Человек? А точно человек?..

Дурманящее ужасом воспоминание медленно, словно нехотя выцвело и рассыпалось хрупким пеплом на фоне зимнего ландшафта.

Я стояла перед черным деревом, и отстраненным, пустым взглядом смотрела перед собой.

Вокруг меня вилась слабая метель. Я медленно закрыла глаза.

Они были передо мной. Они были у меня в голове. Все восемь девочек. Все они улыбались, смеялись, играли. Они просто хотели жить… Просто улыбаться, просто смеяться, играть и… жить, как все мы. Я тяжело, с трудом проглотила распирающий горло черствый комок.

Я открыла глаза, подняла взор на черные ветви старого дерева.

— Я сделаю всё, что в моих силах… — прошептала я едва слышно, с тихой, клятвенной яростью.

Я говорила это им. Их воспоминаниям. Их боли и страданиям, которые они пережили. Я несколько моргнула, вновь чувствуя теплые слезы на ресницах.