Книга Красные нити, страница 67 – Юлия Поспешная

— Да, впечатление производит не самое радушное, — согласилась Лерка, и кивнула на фотографии. — Кстати, приют-то походу только для девочек.

Я тоже обратила внимание на фотографии, и заметила, что на снимках действительно отмечены только девочки. Хотя среди воспитателей и сотрудников детдома мужчин было не мало.

И почему-то этот факт вызвал у меня странное беспокойство.

Большие часы на стене монотонно тикали, отмеряя секунды.

Меня одолевала настырная нервозность. Я вертела головой по сторонам и беспокойно ерзала.

— Хватит нервничать, — проворчала Лерка. — Я слышу, как у тебя сердце барабанит. Че ты переживаешь то?

— Не знаю, Лер… — грустным, почти плаксивым голосов ответила я. — Сейчас придет ребенок, а я должна буду рассказать ей…

— А ты не говори, — нахмурившись, ответила Лерка. — Соври что ни будь. Мама занята. Что не знаешь, как это делается?

— Честно? — невесело усмехнулась я. — Нет…

Логинова в ответ только вздохнула. Не в силах просто сидеть, я встала с дивана, и подошла к полка с фотографиями и статуэтками.

Лениво прошлась вдоль них. Лерка тем временем заглянула в пакет с подарком.

— А ты не распаковывала? Не смотрела, что внутри? — спросила Логинова с ехидным любопытством.

— Нет! — ужаснулась я. — Ты что!.. Это ж не мне!..

— Хм… — Лера взвесила в руке прямоугольной формы свёрток в золотисто-фиолетовой обёртке. — Увесистый такой. Спорим внутри говорящая кукла? Ты как? Ничего не видела в её воспоминаниях?

— Нет, — вздохнула я, глядя на групповой снимок восьми девочек.

Я подошла ближе к полкам. Я не могла объяснить, что именно побудило во мне интерес к этой фотографии. На ней были изображены восемь самых обыкновенных девчушек, с счастливыми улыбками. Они хвастливо демонстрировали фотографу простенькую вышивку на платках. Странное наитие заставило меня протянуть руку к фотографии. Едва кончики моих пальцев коснулись гладкой, прохладной поверхности снимка, как перед глазами вспыхнул ослепительно белый свет, я услышала крики, смех, топот детских ног, и строгий крик какой-то женщины:

— Девочки! Немедленно перестаньте баловаться! Слышите меня! Здесь нельзя бегать!

Затем воспоминания сменились. Девчонки играли в куклы в игровой, и оживленно обсуждали что кукла «Марина» купит в подарок для своих подружек. Девочки и сами явно были подружками. Причем, очень дружными. В следующем воспоминании я увидела, как они втихаря, ночью, после отбоя с фонариком раскрашивают фломастерами раскраски с разными пони из мультика «Дружба-это, чудо». Потом пришла строгая воспитательница. Почти все девчонки успели заскочить в постель, но, одна из них замешкались, и её поймали с поличным.

— Кто ещё был с тобой?! — рассерженно спросила воспитательница.

Она безжалостно вытащила маленькую девочку из постели, и та босиком, в пижаме стояло перед ней.

— Никто, — пролепетал ребенок.

Воспитательница залепила её пощечину. Я вскрикнула. Воспоминание исчезло.

— Роджеровна! — Лера настороженно трогала меня за плечо. — Ты… Ты чего?… Что… Что, опять?.. Да?..

— Да, — кивнула я, и нервно сглотнула, глядя на фотографию с улыбающимися восемью подружками.

Логинова перехватила мой взгляд. Посмотрела на фотографию, и снова на меня.

— Что с этими девочками? А?

— Не знаю, — тихо ответила я. — Но с ними что-то случилось.