Книга Красные нити, страница 326 – Юлия Поспешная

Чувство опасности, подобно струе холодной воды за шиворотом, скользнуло по спине. Я прибавила шагу. Я даже не сомневалась, что у человека, который почти незаметно следует за мной, в правой руке нож. И намерения этого человека угадывались без труда.

Всё. Меня заметили, что было вполне ожидаемо.

Чёрт возьми… Стас далеко, Сеня тоже, а где сидят законспирированные оперуполномоченные УГРО, я вообще не помнила.

Поэтому, я не сбавляя ход, вломилась в первое же купе, где дверь оказалась не запертой.

Внутри купе, я быстро закрыла за собой дверь и с учащенным дыханием, прислушалась. Едва слышная вкрадчивая поступь, прозвучала под дверью.

В этот момент за моей спиной прозвучал странный шорох. Я оглянулась и вздрогнув, прижалась спиной к двери: передо мной, вокруг стола сидели сразу шестеро азиатов. Не то китайцы, не то корейцы. На столе перед ними стояли две свечи, между которыми лежали какие-то амулеты и золотой медальон. А вокруг всей этой красоты был начерчен круг с иероглифами.

Кажется, я прервала какой-то обряд или что-то вроде этого. Но тоже!.. Нашли место и время!

— Извините, — пробормотала я смущенно и выбралась из купе.

Я поправила парик на голове и посмотрела в обе стороны коридора вагона. Мужчины с ножом нигде не было.

Простреливающие голову воспоминания помогли мне вновь выйти на след парня с рюкзаком. Было тяжело сосредоточится только на его воспоминаниях, когда в мой мозг разом потоком вваливались десятки эпизодов из жизни других людей.

У меня ломило виски и в затылке растекалась противная болезненная тяжесть, но я быстро ступала вперёд. Я почти не сомневалась, что парень с рюкзаком и тот с отрешенным взглядом, могут заложить свои бомбы прямо сейчас, чтобы не рисковать быть пойманными.

Чёрт! Всё моя вина! Идея с этим видео была дурацкой! Но, хотя бы я смогла передать Стасу и Сене изображения этих двоих. Надеюсь, парня с рюкзаком они тоже узнают: его-то я сфоткала только сзади.

От понимания сколько всего сейчас зависит от наших со Стасом и Сеней действий, становилось невыносимо жутко. Воображение, в соавторстве с паническим предчувствием, рисовало кошмарные сцены возможного итога событий!

Я нерешительно последовала в том направлении, где скрылся парень с рюкзаком.

Сердце сейчас билось ритмичными тяжелыми и гулкими ударами. Как падающие из протекающего крана капли, усиленные микрофонами. Казалось звуки сердечных ударов звучат по всему телу и отмеряют секунды до катастрофы, которую мы должны, просто обязаны предотвратить.

На пути мне, из купе вышел какой-то полный мужчина в серых брюках и синем свитере. Пряча правую руку в кармане и прижимая левой телефон к уху, он с кем-то разгоряченно спорил:

— Да не буду я им давать скидку! Да ***** мне, что они у нас уже заказывали оборудование! Ну?.. И чо теперь?

Я не без труда обошла этого громкого и крупного субъекта, прошла дальше и почти добралась до двери в тамбур, когда внезапно ощутила странный мороз, растекающийся по коже.

Что-то произошло с окружающей реальностью. Мне показалось, что изменился и поблек свет, и звуки вокруг исказились, стали низкими и тягучими.

А сама я испытала быстро распространяющийся по телу озноб.

А впереди я увидела несколько блекло-серых низких фигур. На мгновение у меня застыло дыхание и замер пульс. Это были они. Тем самые девочки, воспоминания которых я увидела, посетив «Зеленую колыбель». Таня, Диана, Ира, Лиза. Те самые четверо девочек, которых Беккендорф отдал на растерзание Сумеречному Портному. Они были здесь, они стояли передо мной и молча, с печалью на лице смотрели мне в глаза.