Книга Красные нити, страница 24 – Юлия Поспешная

Гольшанский уже час, как проснулся. Он не спал почти всю ночь. И вернувшись из больницы, вопреки наставлениям врачей, хорошенько напился. Осушив пол бутылки дорого скотча, Сильвестр закрылся в своей комнате, и завалился спать. Ему было плевать на недоуменные взгляды охраны и на любопытные лица слуг. Он знал, что всех их мучают сотни вопросов. Знал, что сейчас большинство из его слуг и охранников обсуждают, что случилось между ним и Елизаровой. И особенно, куда подевалась сама рыжеволосая девушка.

Сильвестру было плевать. Все эти люди слишком мало значили в его жизни, чтобы он тревожил себя размышлениями о том, что они подумают или скажут. Он отлично знал, что его деньги заткнут рот каждому из них. И заставят забыть всё странное, что они видели и слышали. А особо ретивых, честных и правильных может навестить Нифонт во главе службы охраны. Или же он использует некоторых из служителей правопорядка, которых щедро спонсирует.

Гораздо больше его волновала Елизарова.

— «Эта рыжая с**а встала после двух ножевых ударов в печень!» — разъяренно думал Сильвестр. — «А такое категорически не возможно! Такая рана валит с ног «шкафы» под два метра! А тут хрупкая девчонка чуть выше среднего роста… Как?! Каким образом она смогла встать! И ведь ушла… Ушла, чёрт бы её побрал! И теперь иди знай!.. Если… Если по какому-то недоразумению она смогла выжить…»

Сильвестр в гневном отчаянии замотал головой.

— «Если она сумела выжить… тогда эта дрянь может доставить серьёзные неприятности.» — продолжал напряженно размышлять Сильвестр — «Она успела многое обо мне узнать. И если она начнет болтать… Особенно если расскажет всё нужным людям. Например, моим конкурентам, которых не мало. Или же достучится до Следственного комитета, могут возникнуть очень серьёзные проблемы. Вряд ли меня посадят, но из-за её болтовни я могу потерять деньги, миллионы! И очень солидную часть своего влияния… Если девчонка выжила, её нужно срочно найти, и заткнуть. Навсегда…»

По приказу Сильвестра Нифонт с охраной обыскали лес. Они нашли в чаще редкие пятна крови, которые скорее всего принадлежат Людмиле. Но снежная буря, бушевавшая всю ночь под чистую уничтожила любые следы девушки. Впрочем, и его, Сильвестра, следы тоже были щедро засыпаны густым и плотным слоем снега. В душе Сильвестра теплела надежда, что люди Нифонта не нашли тело Людмилы потому что его тоже засыпало снегом.

— «Но… Кто знает…» — продолжал изводить себя мучительными раздумьями Гольшанский, — «А если… Если она и вправду сумела выжить… Но… Хотя… С такой раной, с пробитой печенью, истекая кровью… Ночью, на холоде. Никто не выживет. Это невозможно!»

Гольшанский из любопытства справился у Нифонта не видел ли он или кто-то из его людей серебристо-белую волчицу с необыкновенными синими глазами. Начальник охраны «МосИнвест» замешкавшись, удивленно ответил, что никаких волков они не видели.

— «Жаль» — сказал ему тогда Сильвестр.

Он был бы о-очень не против, чтобы его люди поймали ему эту четвероногую мерзавку. Он бы хотел посмотреть, как его псы загрызут синеокую тварь. Он бы хотел услышать её визг и скулеж. Хотел бы увидеть, как она сдохнет, визжа от боли, и истекая кровью.

Из-за этой волчицы Сильвестр не успел закончить начатое. Из-за за этой зверюги он сейчас мучался пугающими сомнениями. А ещё вынужден был почти полтора часа сидеть в машине, пытаясь дозвониться до Нифонта, и ещё час ожидая пока его найдут. Его кровь насквозь пропитала сидение под ним, и полсалона дорогого автомобиля.