Онлайн книга «Красные нити»
|
Он поднял пистолет. Черный ствол смотрел мне в лицо. Уже второй за сегодняшний вечер, я под прицелом пистолета. Но в этот раз, я откуда-то знаю это, пули из этого пистолета неминуемо вонзятся в мое тело, вынимая жизнь из моего сердца и дыхание из легких. Я откуда-то знаю, что сейчас мне ничего не поможет, если Нифонт выстрелит. Я неминуемо погибну от половины обоймы, которую намеревается с яростью выпустить в мое тело. Я знаю это. Секунды расщепляются на мгновения, и вяло сменяют одна другую, вязко перекатываясь. Я смотрю в глаза Нифонта. Они безумны и озлоблены. — Ты ведь никого не убивал, — тихо говорю я. — Ты лишь хотел услужить ему. Нифонт презрительно фыркнул. — Думаешь, забралась ко мне в башку, порылась у меня в мозгах, и уже знаешь меня? — Нет, — мой голос слегка дрожит. — Но я знаю чего ты всегда хотел. — И чего же? — презрительно скривился Нифонт. — Ну! Говори!.. Я молчу. Жду. — Говори, или я выстрелю, чёрт бы тебя побрал! Что ты узнала?! — Ты жаждал, чтоб твой отец хотя бы назвал тебя своим сыном, — с флегматичной печалью в голосе, ответила я. — Ты всего на всего всегда хотел быть, таким, как его другой сын. Поэтому ты готов был на всё, ради него… Готов был выполнить любую его волю. — Я и есть его сын, — процедил Нифонт, упрямо поджав губы. — Он уже давно признал это. Просто… Он не нашелся, что добавить. Пистолет подрагивал в его руке. Совсем, как тогда, в его комнате. — Просто он никогда не называл тебя сыном, — закончила я. Веки Нифонта дрогнули. Губы скривились в протестующей ухмылке. — Даже если он не говорил прямо… — Зачем ты шил эти платья, Нифонт? — спросила я. — Ты же знал, для чего они… Неужели эти маленькие девочки виноваты в том, что твой отец не признавал тебя? Зачем ты помогал ему? Глаза Нифонта удивленно расширились. Он пару мгновений таращился на меня. — Зачем я помогал?! Ты серьёзно?! Ты не понимаешь, глупая ты, малолетняя, дрянь?! Ты правда не понимаешь, своей тупой белобрысой башкой, зачем я это делал?! Да?!! Последнее словно он прокричал с такой болью и яростью, что оно, ещё несколько коротких мгновений содрогающимся эхом разносилось по ферме. — Он попросил меня о помощи! — процедил Нифонт. — Ты не понимаешь! Да я для него ничего не значил! Я был пустым местом! Просто постыдным плодом одного из его коротких увлечений, которым была моя мать! А когда я согласился помочь… Ты… Он ухмыльнулся. — Моя жизнь кардинально изменилась! Он дал мне пост начальника безопасности своего банка! У меня появились деньги, влияние, и даже… — Власть, — подсказала, и осторожно, медленно села. — Всё это стоило… — Пару десятков повешенных маленьких с***к? — со злобным презрением торжествующе ухмыльнулся Нифонт. — Да конечно стоило, мать твою! Ты дура, если думаешь, что мне хоть на миг было их жаль! Их жизнь все равно ничего не стоит! Какие-то там безымянные щенки, рожденные всяким нищим быдлом! Что значит их жизни?! Кому они нужны?! Чего они стоят?! Что мир много потеряет, если в нем станет не три-пять десятка меньше рассчётливых шлюх, подлых стерв и меркантильных с*к? А?! Ответь мне! — Ты не мог знать, кем могли бы стать эти девочки, — ответила я. — Зато ты смог быстро придумать себе оправдание, что их жизни ничего не стоят. — Пусть так, — пожал плечами Нифонт. мНо они и правда меня не волнуют. |