Книга Красные нити, страница 19 – Юлия Поспешная

— Неужели ты правда думала, что так и дальше будет продолжаться? — ядовито спросил Сильвестр. — Неужели ты возомнила, что будешь жить за мои деньги! Ездить на моих автомобилях! Летать на острова за мой счет! Расплачиваться повсюду моими кредитками, и при этом!..

Он сделал порывистый широкий шаг вперёд. Девушка содрогнулась, у неё едва не подкосились вдруг ослабевшие ноги. Она, плаксиво нервно всхлипнула, и боязливо в страхе сжалась перед мужчиной. Сильвестр вселял в неё ошеломляющий убийственный ужас. И душа девушки робко дрожала, точно забившийся в уголок перепуганный котёнок.

— Сильвестр… — кротко и тихо пролепетала Людмила.

— … И при этом, — прорычал Сильвестр. — пользуясь всем, что я тебе дал!.. Ты собиралась дальше тр***ться с Нифонтом!

Людмила в страхе зажмурилась.

— Сильвестр… — проскулила она.

Но тут он резко схватил её за горло, и сжал. Не сильно, но жестко, крепко, с ненавистью. Его пальцы вдавились в её плоть. Не сильно… Но ей показалось, что он уже душит её. Она истерично вцепилась в его запястья, и судорожно вдохнула стылый воздух ночной зимы.

— У тебя было всё, что ты пожелаешь, дрянь! — прорычал Гольшанский. — Ты могла получить всё, о чем просила! Всё, что хочешь, чёрт возьми!

Он гневно встряхнул её. Её голова качнулась из стороны в сторону. Она бы рухнула в снег, если бы он не удерживал её.

— Что тебе не хватало?! А?! Что тебя заставило упасть в объятия этого красавчика?! Впрочем… Думаю всё то же, что и других беспринципных ш**х до тебя…

Пальцы Сильвестра снова сжались. Сильнее, со сдерживаемой ненавистью. Глаза девушки расширились.

— Да-а… — самодовольно ощерившись, протянул Сильвестр. — Ты далеко не первая из числах тех с**ек, чью прогнившую суть помогает раскрывать мне Нифонт.

Лицо его исказил гнев, он зарычал и отшвырнул её. Людмила вскрикнула, упала в нег. Приподнялась, истово закашлялась, держась рукой за горло. Она попыталась встать. Но подошедший Сильвестр, коротко размахнувшись ударил её в живот. Девушка согнулась, упала на колени. Захрипела, чувствуя разрастающуюся боль в месте удара. Перед её глазами были засыпанные снегом ботинки Сильвестра. Он взял её за шикарные рыжие волосы, дернул вверх. Она сдавленно взвыла от боли, жмурясь, со слезами взглянула на мужчина снизу-вверх.

— Сильвестр… — взмолилась Елизарова. — Прошу тебя… Я…

— Что? — скривившись от омерзение издевательски проговорил Гольшанский. — Ну?! Что?!..

— Я… я хотела защиты… — прорыдала девушка, стоя на коленях. — Я просто… Я пробовала… Я просила тебя… Ты… отмахнулся… А я….

— Защиты?! — прорычал Сильвестр. — А ноги ты перед ним тоже ради защиты раздвигала?! Подстилка дешевая! Неблагодарная шлюха! Я тебя своими руками из грязи, с улицы взял, а ты!..

Он ударил её свободной рукой наотмашь. Голова девушки мотнулась в сторону. Она закричала, попробовала закрыться руками. Но он лишь встряхнул её, как куклу, и ударил снова. Затем ещё раз. Ещё. Хлесткие удары обжигали заплаканное лицо девушки. Она плакала навзрыд, отчаянно молила о пощаде, лепетала оправдания. А он бил. Бил с ненавистью, с лихорадочной злостью и яростным, злым торжеством. Затем он оттолкнул её, и со скрипом топча снег, подошел к машине.

Содрогающаяся в снегу, избитая, запуганная Людмила, глотая кровь из разбитых губ, в ужасе глядела как Сильвестр открывает дверцу автомобиля. Он что-то достал из машины, и захлопнув дверцу направился к девушке.