Книга Неоновые росчерки, страница 83 – Юлия Поспешная

— Нет! — отчаянно пропищала я, повисая на руке Стаса.

Бронислав поднялся, исподлобья, гневно глядя на Стаса. С правого края губ у него стекала струйка крови.

— Свою жену ты тоже бил, Корнилов? — гадко усмехнулся Бронислав. — Когда она тебя не слушалась? Теперь ясно, почему она от тебя сбежала… Ты же больной псих! Посмотри на себя!..

Стас прорычал череду таких отборных матерных проклятий, что я невольно разжала руки и отступила назад. Пошлые и грязные ругательства Корнилова колокольным звоном звенели в моей голове.

Я отступила назад, в растерянности и панике глядя на происходящее. Бронислав уклонился от очередного удара Стаса и врезал тому кулаком в грудь. Стас пошатнулся, но тут же ударил Корушнова под челюсть.

— Прекратите! — срываясь на визг, прокричала я в отчаянии. — Перестаньте! Перестаньте! Сейчас же! Nie trzeba! Dosyć! Wstrzymacie natychmiast! To ż na prożno!.. Prosi, nie należy!*(Не надо! Достаточно! Прекратите немедленно! Это же глупо!.. Пожалуйста, не надо!)

Как всегда, из-за паники и страха, я не замечала, как начинала лопотать на родном, малопольском диалекте.

Но они меня не слушали. Стас и Брон сцепились в яростной схватке.

— Куда ты дел мою жен и дочь, паскуда?! — рычал в ярости Стас, пытаясь выломать Брону левую руку.

— Туда, где ты не сможешь их терроризировать! — с каким-то мальчишеским и агрессивным энтузиазмом выкрикнул Коршунов, пытаясь освободиться из захвата Стаса.

— Да перестаньте же вы! — я носилась вокруг них, пытаясь вразумить обоих.

Я не знала, что делать. Приближаться к этим двум громилам я боялась, и только беспомощно вскрикивала и пищала от ужаса, когда они лупили друг друга.

Нужно было что-то сделать, нужно было как-то заставить их прекратить эту бессмысленную, глупую драку! Я продолжала бесполезно метаться вокруг них, пока, вдруг, не слышала гулкий, размеренный стук. Я застыла, охваченная, безмолвным ужасом.

Стук повторялся где-то за спиной. Он приближался, он был похож на чьи-то неторопливые шаги. Этот кто-то не спешил, он как будто знал, что я ни куда от него не убегу и не спрячусь. Потому что он — часть моих видений. Вернее — он их предвещает…

Я закрыла глаза. Звук, теперь уже отчетливо звучавший, как перестук копыт, был совсем рядом.

Мне не скрыться. Мне не убежать. Он явился с новым кошмаром для меня.

Я медленно повернулась и увидела его.

Вестник. Огромный призрачный конь, хорошо знакомой мне темно-мышастой масти. Я увидела, что в этот раз он гораздо темнее: грива, обычно дымчато-серая, в этот раз была угольно-черная. Таким же был густой хвост. Густая тьма поглощала его ноги и почти наполовину поглощала тело.

Вестник всхрапнул, ударил копытом и взмахнул головой. Я завороженно смотрела на него.

…Меня как будто медленно уносило по течению. Я словно тонула в бесконечных и бездонных водах захлестывающих меня воспоминаний. Я тонула и слышала крик.

Пронзительный, наполненный невыносимым жутким страданием. В голосе кричавшей женщины слышалась такая невыносимая, неподдельная, пугающая боль, что меня пробирал лихорадочный озноб.

Беспросветный дымчато-серый туман, в котором я стояла, быстро рассеивался. Я уже различала какие-то силуэты.

Двое из них, явно мужские, не торопливо расхаживали вокруг узкого длинного пятна между ними.