Книга Руны законов Сварога, страница 9 – Юлия Поспешная

После гребня я достала два своих ножа с костяными рукоятями. Хотя, по размеру, это скорее полноценные кинжалы. Пожалуй, это моё главное сокровище, которое в я наследство от Арыси Михайловны получила. Наставница моя великой колдуньей была! За день могла несколько полей репы и свеклыбо взрастить или, коли нужно, цельную эпидемию в городе прекратить и всех вылечить за несколько дней. А ещё, что меня до сих пор восхищает, Арысь Михайловна могла в настоящую рысь перекидываться! Если лечить и овощи быстро выращивать, я тоже умею, пусть и не столь хорошо, пока что, то про контролируемое обращение в зверя аль птицу мне только мечтать остаётся!

Я встала на колени в снег, скрестила клинки ножей, покрытые вытравленными рунами и прошептала заклинание. По рунам и лезвиям клинков тут же, словно случайный блик солнца, пронеслись золотисто-белые отсветы. С ближайших еловых и ясеневых веток с тихим шорохом осыпались несколько снежинок. Набегающая метелица подхватила снежинки и закружила их в своём извивающемся вихре. Я разжала пальцы, и ножи плавно взлетели над моей головой.

Повинуясь моей негласной воле и мыслям, ножи перевернулись горизонтально, рукоятями в мою сторону, и начертали в воздухе несколько рун. Первой стала руна «Опора», которую чертил левый нож, следом правый расчертил в воздухе линии руны «Перун», затем клинки создали ещё несколько символов для завершения обряда и подготовки рунного и ритуального заклинания.

Вслед за быстрыми взмахами клинков тянулись тонкие мелкие вихри снежинок, чётко повторяя движения ножей. Таким образом, мелкие частицы снега на несколько мгновений выстраивались в виде начертанных рун. Магические знаки сами собой появились в нескольких местах вокруг меня — на кронах деревьях, на снегу и на замёрзших лужицах. Словно, кто-то невидимый, нацарапал их, повторяя за моими ножами.

«Теперь всё готово, — подумала я»

Как раз в этот миг тонущее за горизонтом тёмно-золотое солнце в вишневом зареве заката, протянуло между деревьев свои тающие золотистые лучи. Солнце как будто прощаясь, протягивало над горизонтом последние свои лучики. В нашем случае слово «последние» не было пустым драматизмом — каждая ночь могла затянуться на несколько суток.

Едва только быстро сгущающаяся темнота ночи опустилась над зимним лесом, поглотив остатки дневного света, как из чёрного провала норы в пригорке послышалось злобное, чуть клокочущее рычание. Затем я услышала тяжёлый скрип снега и мигом представила, как тот продавливается под тяжестью мохнатых лап с длинными кривыми когтями.

Волкодлаков мне приходиться изводить не первый раз, поэтому я легко могла представить, как выглядит тварь, что сейчас готовится выпрыгнуть из норы, и её будущие действия.

Страха не было, а вот чувство опасности было на месте, и это меня радовало — значит я не расслаблюсь и не совершу ошибку. Словно от мощного удара, пласты снега вокруг норы чудовища взорвались и разлетелись на куски, засыпаясь деревья и сугробы вокруг. Опадающие слипшиеся фрагменты промёрзшего снега застучали по веткам деревьев, стряхивая укрывающие их снежные покровы. Вокруг начертанных мною рун закружились отдельные мелкие вихри метели.

В зимний воздух вырвалось новое рычание, громче и яростнее прежнего. Оно пронеслось над сугробами, мимо деревьев и ударило в меня плотной звуковой волной. Я устояла — спас зачарованный гребень в волосах и красно-бело-золотой платок на плечах, покрытый мощными защитными узорами.