Книга Развод. Сын моего мужа, страница 70 – Ая Кучер

Нехорошее предчувствие поселяется в душе. Скребёт, когда незнакомка медленно оборачивается ко мне.

Всё обрывается. Сердце булыжником падает вниз, а в горле ком появляется.

Не незнакомка. Несмотря на то что мы не виделись много лет, Марго я узнаю сразу.

Как и она меня.

Лицо обдаёт холодной яростью. Алиса дёргает меня за руку, но я не могу отреагировать.

Всё внимание прикреплено к Марго. Она выглядит… Иначе? Так же? Повзрослевшая, немного помятое лицо. С выбитой усталостью.

Но не сказать, что Маргарита выглядит как-то хуже меня. Мы приблизительно одного возраста.

Уставшая? Да, но не более. Видно, что женщина следит за собой. И не спилась, как намекал Лёня.

Или её брат о другом говорил?

Да мне как-то плевать. Меня больше волнует то, что Маргарите крутится у моей машины. Ждёт меня.

— Мам, мороженое, — недовольно напоминает Соня. — Ты обещала!

— Пойдём, — я кое-как совладаю с голосом. — Обязательно пойдём. Сейчас.

Я делаю глубокий вздох. Почти решаюсь на шаг, чтобы направиться к машине. Но после резко останавливаюсь. Наклоняюсь к девочкам.

— Сыграем в игру? — ох, скольких сил мне стоит этот беззаботный голос. — Если та тётя начнёт с мамой спорить, то вы закрываете ушки, хорошо.

— Зацем? — Алиса выпячивает нижнюю губу.

— А это игра такая. Кто меньше услышит. Выигравший получает лишнюю шоколадную присыпку на мороженое. Договорились?

— Да!

Единогласно.

Я не хочу, чтобы мои девочки слышали что-то плохое. В идеале нужно проскользнуть мимо Марго. Но ничего хорошего я от неё не жду.

— Полина, — небрежно здоровается она, хотя между нами ещё много пространства. — Нам нужно поговорить.

— Не нужно, отойди.

Я распахиваю дверцу, вынуждая её отступить. Помогаю Алисе забраться в салон, она сама сядет в кресло. А вот Соню я усаживаю.

— Дочки Виктора, как я понимаю, — она хмыкает, накручивает прядь на палец. — Сколько им? Родила же после меня, да? Даже тут оказалась второй.

— Мои дети тебя не касаются.

— Ну мы же все связаны теперь. Как они? Рады братику?

Малышки помнят уговор. Держат ладошки на ушах. Но я всё равно захлопываю дверь, чтобы лишнего не слышали.

— Чего тебе надо? — повторяю со сталью в голосе. — Кажется, тебя слишком интересует разговор со мной. Больше, чем собственный сын.

— О, какая знакомая песня, — хмыкает она. — Я ужасная, плохая мать. На это собираешься давить?

— Я? Мне плевать, какая ты мать. Можешь свои родительские обязанности с Виктором обсудить. Меня это не касается. Вы прекрасно справились со своей интрижкой без меня.

— Ну конечно. Ты сама невинность, ни при чём, да?

— О чём ты?

Я скрещиваю руки на груди. Загораживаю окно собой, чтобы она даже не смотрела в сторону моих детей.

Заскочить бы в машину и уехать. Но мне ещё малышек пристегнуть надо. А рисковать ими из-за Марго я не буду.

— О, а ты не знаешь? — она насмехается, кривит губы. — Не притворяйся такой невинной.

— Невинной?! — я не выдерживаю. — Ты увела Витю, но теперь пытаешься меня в чём-то обвинить?

— Я увела?

Ладно.

Выдыхаю.

Маргарита права. Она не «уводила». Увести можно только телёнка, а Доронин — был взрослым и соображающим парнем.

Нельзя кого-то принудить к измене. И вина в случившемся лежит на Вите, ни на ком другом.

Просто меня раздражает само присутствие Марго рядом со мной. Её участие. Попытка поговорить со мной.