Книга Развод. Сын моего мужа, страница 61 – Ая Кучер

Назар и так напуган, его надо в чувство приводить. А ещё и взрослого мужчину успокаивать…

Это вечность займёт.

Сейчас Витя на эмоциях, подпитываемых страхом, может наговорить лишнего. Будет потом сожалеть.

Назар ко мне бросается. Пытается у меня защиту найти. Я прижимаю его к себе, успокаиваю.

— Мы все просто испугались, — объясняю я. — Все. Тебя… Ругать надо, конечно, но Витя не со злости кричит. Он просто переживал. С тобой могла случиться много плохого. Понимаешь?

— Простите.

Назар виновато кивает, продолжая держать в моих руках. Но понемногу успокаивается.

— Нужно отвезти его в дом, — разворачиваюсь к Вите. — Он промок и замёрз. Где ты вообще воду нашёл?

— Там лужа была…

Витя с шипением выдыхает, но сдерживается. Подхватывает Назара на руки, двигаясь обратно к дому.

Я параллельно связываюсь с отцом. Он только переговорил со всеми на станции, узнал, что Назар действительно приехал.

— Как ты вообще добрался? — уточняет Витя.

— Ну… — Назар жуёт губу. — Там просто… Мне мама помогла.

Охренеть. Просто охренеть.

Мама ему помогала, чтоб её.

Я едва сдерживаюсь, чтобы не потребовать у Назара ответы в ту же секунду. Но он замёрзший, испуганный…

Поэтому приходится всё отложить, пока мы возвращаемся в дом. Я нахожу хоть какие-то сухие вещи для Назара, Витя его в порядок приводит, мама готовит чай.

Я забегаю к девочкам. Малышки спят в своих кроватках, такие безмятежные и красивые.

Хочется погладить их волосы, поцеловать. Но тогда точно проснутся, поэтому несколько минут я наблюдаю издалека.

Я успокаиваюсь. Нахожу в своих девочках и силы, и гармонию. Возобновляю баланс.

Когда я спускаюсь в гостиную, там уже все. И укутанные пледом Назар, попивающий чай. И немного успокоившийся Витя. И мои родители.

— Спасибо, — я сжимаю плечо отца, улыбаюсь. — Так… Назар, а что произошло?

— Что? — он длинными ресницами хлопает, взгляд отводит. — Я упал.

— А перед этим? Ты сказал, что тебе помогли сюда добраться.

— Ну…

Мальчик начинает горбиться. Теребит уголок пледа, всем видом показывает, что говорить не хочет.

Наверное, уже пожалел, что про маму признался.

А я очень рада!

Я так и знала, что Маргарита вылезет где-то. Невозможно, чтобы осталась в стороне.

Она всё время натаскивала Назара? Говорила ему, что делать? Но поступки такие странные, непонятные…

— Мы можем обсудить это… — Витя косится на моих родителях. — Лично. Нашей семьёй.

— Ты сам нас включил, — грохочет отец. — Когда при всех новости огласил.

— Я не…

Витя пытается что-то объяснить, но после просто рукой взмахивает. Не находит объяснений своему поступку.

— Что было, Назар? — я присаживаюсь рядом с мальчиком, поглаживаю его ладонь. — Расскажи, никто ругать не будет.

— Папа будет кричать, — бухтит.

— Не будет.

Я посылаю Вите многозначительный взгляд. Я понимаю ругань мужа как мать. Когда сердца от страха останавливается.

Но вот такие всплески эмоций — они заставляют деток закрыться, бояться рассказать правду.

Почему кто-то решил, что криком или подзатыльником можно детей хорошему научить?

В нашей семье всё обычно по-другому. Всё разговорами решается. Витя никогда на девочек не кричал.

Но они и в лес не сбегали.

— Я… — Назар тяжело вздыхает. — Я с мамой говорил.

— Когда?! — с нажимом уточняет муж. — Ты сказал, что с ней нет связи. Мы же… Я не ругаюсь, я понять пытаюсь.