Книга Халид его пленница, страница 142 – Ая Кучер

Да ничерта она не сделала.

Я обхватываю себя руками, меня начинает колотить. Всё, к чему прикасалась эта женщина, превращалось в разруху. Как и в случае со мной. Да, что-то родственное у нас было.

Но я бы никогда не сделала так! Я не позволяла заводить себе близких, чтобы не навредить им. Но если бы… Господи, ради своего Янара я готова была на всё. Слушаться Халида, молиться, порвать любого.

Арабина же даже не смогла поверить.

Не захотела.

Не важно.

— Почему отец никогда не говорил о тебе? А?

— Потому что он отрекся. Узнал, чем я занимаюсь и ушел из дома. Принципиальный был, не любил «грязных» денег. И не позволял увидеться с его семьей, чтобы… Чтобы я плохо не повлияла. Будто я желала бы двухлетней девочке зла!

— Что ж… Папа бы не одобрил ни тебя, ни меня, - усмехаюсь, прикрывая глаза. Боль разрастается, я задыхаюсь от неё, от того, что осталась совсем одна. – Но он был прав. Мне тоже не стоило позволять тебе видеться с семьей. Потому что я потеряла их всех.

— Ада, я…

— Нет. Тебя у меня тоже нет. Ты могла за пять лет хоть раз сказать, намекнуть. Но нет, молчала. Поэтому молчи дальше. Я сейчас не наделаю глупостей по одной причине. Халид семью уважал, пусть и не позволял им мешаться в дела. Но семью… Да, семью он любил и ценил. И это единственное, почему я сейчас просто уйду. Но в следующую встречу… Я сделаю всё, чтобы тебя уничтожить, отомстить. Поверь, в мести я хороша.

Оставляю за спиной Арабину, не слушая её выкриков. С меня довольно, чаша переполнена. Я не представляла, как много боли могу вынести, как много раз выстою. Но в это раз… Вся моя бронь трещит, железо прогибается.

Я полностью разрушена, слабая. Такая, какой когда-то меня хотел сделать Халид?

И где же ты, милый? Почему не празднуешь победу?

Глава 47. Ада

Наверное, мне следовало убить Арабину. Вцепиться в её лицо, придушить суку. Выместить всю злобу и боль. Но я… Я ничего не хочу сейчас, не могу. Накатывает такая апатия, что даже дышу через силу.

Падаю в машину, киваю Луке. Кажется, даже говорю с ним. Но всё на таком автомате, что не запоминаю. Мне не хочется выходить, что-то решать, думать.

Жить.

Всё сдавило, а слёзы не идут. Ловлю кислород пересохшими губами, стараюсь удержать в себе крик. Я бы пережила, если бы пострадал одни Халид. Возможно, как-то.

Но Янар…

— Лука, - обращаюсь к мужчине, зажимая голову ладонями. Внутри стоит крик и ор, а на деле только шепчу. Падаю в кресло Халида, сжимаю подлокотники. – Я хочу, чтобы у Арабины начались проблемы.

— Ада, она…

— Она призналась, что подстроила взрыв. Она убила моего сына и мужа. Она… Я хочу, чтобы она страдала. Чтобы на неё падали проблемы, одна за другой. Чтобы детище, из-за которого Арабина потеряла семью, сгорела. Сотри его дотла. Перемани клиентов к другим, устрой проблемы. Пусть никто не идёт к ней, боится. Устрой слив информации, тотальный. Настолько, чтобы её девочки больше не привлекали клиентов. Я понятно излагаю?

— Понятно. Я посмотрю, что можно сделать.

— Нет, Лука. Ты не посмотришь, ты сделаешь. Она устроила аварию, она убила правую руку Цербера. Думаешь, он такое простит? Нужно показать, что подобное не прощается. Разрушь всё вокруг Арабины, как она это сделала со мной. Чтобы никто не думал, что подобное сходит с рук.