Книга Эмин. Чужая невеста, страница 141 – Ая Кучер

Лучший ответ Дамиру — реакция красавицы. Когда картину выносят на улицу, ко всем гостям, она замирает на секунду. Смотрит, не моргает, а после бросается ко мне.

Неприлично громко визжит на моё ухо, обвивает своим ароматом. Целует, пачкая помадой, практически прыгает на месте от радости. И я посылаю Дамиру взгляд: «выкуси, а твоя так реагировала?».

— Спасибо, спасибо, — повторяет, обнимая меня. — Это же… Как? Как ты уговорил Нери?

— Просто сказал, что это для красавицы, которая выгнала его из ниши. Он оценил. Не проблема. Нравится?

Все ещё не понимаю такого внимания к картине. Девчонка там, совсем не похожа на Дину. Обычный рисунок, ну, немного готичный, с интересным оттенком синего. Но главное, что моя красавица довольна.

Ей совсем не нужно знать, как я этого Павло Нери прижимал к стенке и угрожал всем, чем мог. Тонко намекнул, потом открыто высказал свое желание. Он несколько недель ещё думал, но потом сдался под напором. Едва не бросил в меня эту картину, признавая поражение.

Лишь бы язык за зубами держал, не рассказал правду Дине на новой выставке, куда она обязательно потащит меня. А так — мелочи всё. Её чистая яркая реакция перекрывает все проблемы.

— Мне стыдно, что я тебе ничего подобного не приготовила, — признается тихо, когда мы уставшие падаем на белые стульчики в шатре. — Я не знала, что мы подарками меняемся…

— Забей, красавица. Я свой подарок потом стребую, — усмехаюсь, опуская ладонь на её живот. — Что скажешь?

— Надеюсь, ты говоришь о брачной ночи и моем теле. Потому что дети, Хаджиев, будут лет через семь, не раньше. Ты меня услышал?

— Отлично, будет время насладиться моей женой. Она у меня очень красивая, знаешь?

— О, уверена, что мой муж намного лучше. Представляешь, он мне картину подарил!

Смеётся, укладывая голову на мое плечо. Дети Дамира носятся по заднему двору, их догоняет щенок, который теперь вырос в огромного пса. Придётся загород переезжать, в частный дом, чтобы ему было достаточно места.

Ну и семь лет быстро проходят, нужно о будущем думать.

— Кстати, — красавица щипается, привлекая внимания. — Ты — дурак.

— Интересная мысль, подробнее будет?

— Да! Я с тетушкой Йисой поговорила. Почему ты молчал, что у тебя аллергия на шерсть? Я бы никогда не притащила кого-то домой!

Морщусь, взглядом нахожу тетушку. Вот не вовремя она разговаривать начала, совсем не кстати. Улыбается, поднимая бокал, знала же, что не стоит лезть.

— Всё нормально, Дин, — целую её в висок, приглаживаю растрепанные пряди. — Я таблетки пью, аллергия не сильная. Красавчик мне не мешает.

— Уверен? Я… Мне жаль, что я даже не спрашивала, не подумала о таком.

— Уверен, красавица. Переедем в большой дом, будет пёс жить в вольере, вообще никаких проблем.

— На улице? Он же маленький ещё, а скоро зима…

Вздыхаю, понимая, что у меня рука не подниматься выгнать собаку на улицу. Не потому, что Красавчика жалко, а моя жена не даст. Смотрит своими огромными глазами, ресницами хлопает.

Маленький обиженный ребенок.

И как ей отказать?

Не получается. Ни с местом жительства щенка, ни с другими моментами.

— Классно как, ты просто чудо, Эмин! — хвалит, когда рассматривает свою мастерскую в доме полгода спустя. В комнате, которую я собирался сделать своим кабинетом. Но… — Спасибо. Я смогу здесь работать и не тратить время на поездку в город. Я же говорила, что у меня уже пару заказов в очереди на реставрацию?