Книга Невинная для палача, страница 96 – Ая Кучер

— Невиновных как ты?

Я скидываю ладонь Валида с колена, он не протестует. Делаю глубокие частые вдохи, а мне хочется ринуться вперёд и вцепиться в мужчину.

Я многое терплю. Что-то мне приходится, ладно. Что-то я упускаю, просто потому… Что остальное проскользнёт мимо, волнует другое. Валид может многое.

Боже, он может меня портить и извращать в своей манере.

Но отца моего очернять не имеет права.

И сейчас праведный гнев сжигает меня дотла. Перед глазами красные точки плывут. Я либо убью Палача, либо в попытке сама умру.

Если мы умрём вместе – я даже против не буду.

Капец как романтично.

— Мой отец…

— Не свисти зазря, – обрывает меня, закатив глаза. – Твой отец редкостный уебан. Это факт. Ты, как дочь, его любишь – тоже факт. Но когда пытаешься меня кольнуть – фильтруй базар. Потому что звучит неубедительно.

— Ты можешь говорить что угодно. Я в это не верю!

Мне кажется, что это главный камень преткновения между нами. Не то, что я дочь прокурора, а он бандит. Не разница в возрасте и взглядов. Даже не то, что Валид ведёт себя как мудак девяносто девять процентов времени.

Один процент – он спит, видите ли.

А именно мой отец. То, что Палач настойчиво пытается убедить меня в невозможном. Я ведь даже не знаю, как спорить. Потому что это разговор со стенкой.

И то, толку было бы больше.

Я кусаю губу, кровь пульсирует под тонкой кожицей. Смотрю вниз, на свои коленки. Глотаю любые слова, молчу. Пусть говорит, я знаю правду. Я не могу больше доказывать что-то…

Да, Палач и раньше намекал, и со своим «якобы» вечно влезал. Не в первый раз, наверное, не в последний. Но почему-то сейчас это задевает невероятно сильно.

Если тысячу раз повторить одно и то же, то кто-то начнёт верить.

А я не хочу сомневаться в папе, никогда.

Но Палач говорит так уверенно…

Со злостью, впитанной в кровь обидой. Будто действительно ненавидит прокурора именно за это. Не за срок, а что он был незаконно осуждён. И звучит настолько уверенно, что…

Нет!

— Обиделась, малая? – Валид хмыкает, возвращая ладонь на моё колено. Но касается мягко, невесомо. Будто… Извиняясь? – Я ж по факту базарю. Не стоит принимать близко к сердцу.

— А если я твоего отца уебаном назову?! Не обидишься?!

— Так он реально уебан.

Мужчина спокойно пожимает плечами, возвращая внимание на дорогу. Его весёлый настрой бесит, я снова отталкиваю ладонь Валида. Моё единственное оружие – это отказать в какой-либо близости.

Но Палачу на это плевать. Он легко перехватывает мою руку, обхватывает ладонь своими длинными пальцами. Сжимает так, что вырваться невозможно.

Жар чужого тела проникает под мою кожу, обволакивает атомы тела. Я не могу справиться с собственными ощущениями. Они бурьяном разрастаются внутри, не вырвать.

— Почему? – я спрашиваю, стараясь отвлечься от собственных ощущений. Таких противоречивых и сложных. Высшая математика была куда проще. – У тебя плохие отношения с отцом?

Валид кривится, словно я задала неприятный вопрос. Сжимает челюсть так сильно, что я почти слышу скрежет его зубов. Мужчина явно не хочет говорить о личном, с трудом пропускает меня туда.

А я с каким-то необъяснимым рвением пытаюсь пробраться. Хочу понять лучше мужчину, найти какие-то объяснения, которые бы совпали с моими взглядами.