Книга Невинная для палача, страница 102 – Ая Кучер

— А оно было? – девчонка робко смотрит на меня. – Хорошее отношение.

Рычу.

Придушить её хочется.

Свернуть эту тонкую шею нахрен.

Не убилась в аварии? Я легко исправлю это дело. Всё равно в лесу, прикопать пару секунд. Зато, сука, легче жить будет сразу.

Вот прям освобождение.

Ещё раз осматриваю девчонку. С ней всё в порядке, не сильно пострадала. Скорее испугалась из-за аварии. Дрожит, обиженно прикусывает губу. А после вдруг спохватывается, едва не выпадает из машины.

Подхватываю, пока землю не поцеловала.

Сука.

Что ж ты такая бедовая, Александра?

— Надо уходить, – шепчет взволнованно. – Я же хотела, дым видела! А если оно взорвется вместе со мной? Ты можешь оставаться.

— Спасибо за разрешение, – хмыкаю, подхватывая девчонку удобнее. Отвожу в сторону. – Дыма нет, лапуль. Ты только фару разъебала и капот смяла.

— Но дым…

— Скорее всего, пыль в воздух поднялась, вот и показалось, что что-то горит. Если бы была угроза, я бы тебя в первую секунду оттуда вытянул. Ясно?

— Угу.

Расстроенно поглядывает на машину, хмурится. Кажется, жалеет, что не успела уехать подальше от меня.

Сучка корыстная.

Отвернешься от неё, а только и ищет, как нож в спину воткнуть.

Только дурная и отбитая.

Сама страдает.

— Двигай на заднее сидение, – решаю, открывая дверцу. – Внутрь, Александра.

— Я могу сесть впереди и…

— Ты со мной спорить будешь? Язык прикусила и выполняй.

Руки чешутся от желания отшлепать эту девчонку. Хорошо так отходить, чтобы её задница пылала. Вся красная была, бордовая.

Может, хоть тогда до Александры дойдёт хоть что-то.

А если нет, то бегать станет сложнее.

И выебать бы пару раз, так, чтобы ноги сдвинуть не могла.

Тогда из постели не выберется. Будет под контролем и в порядке. А не рассекать на угнанной машине, пытаясь от меня сбежать.

Блядь.

Я когда увидел, как она в дерево влетела – тупо застыл. Как сопляк какой-то, который впервые опасность встречает. Ни двинуться, ни отреагировать. Ступор. И сука-страх не отпускал.

Первой мыслью было – лишь бы не пострадала.

Второй – если всё нормально, то сам её прикопаю.

Мне, сука, не двадцатник, чтобы спокойно на это смотреть. И хотя всегда гордился своей выдержкой, но в этот раз что-то дрогнуло. Скрутило так, что хуево стало.

От мысли, что с бедовой действительно что-то случилось.

— Что ещё болит? – спрашиваю, отчаянно пытаюсь держать себя в руках. Блядь, я сам её прибью. Чтоб наверняка. – Ну? Ты собираешься нормально говорить?

— Ничего не болит, – шепчет, опустив голову. – Всё… Нормально. Только губа немного пульсирует. И бровь. И…

— Пиздец. Ты вроде журналюга, а слов не знаешь. Ничего это, блядь, не бровь и губа, и всё подряд. Голову запрокинь.

Включаю свет в салоне, внимательнее рассматриваю девчонку. Она облокачивается на дверцу, краем глаза следит за мной. Боится, что влетит? Правильно боится.

Нехуй мои нервы расшатывать.

Но потом разбираться буду, сейчас обрабатываю царапины. Проверяю, чтобы девчонка не разбила себе ничего.

Был бы это боец, которому пуля прилетела, я бы только бинты бросил.

Но это Александра, чтоб её. И её разбитую губу я не могу оставить без внимания. Прикасаюсь ваткой, стираю запекшиеся капли крови. Слежу за реакцией.

Кажется, лапуля в порядке. Сознание не теряет, не тошнит. Отделается парой синяков и испугом.