Книга Пленница Лютого, страница 71 – Ая Кучер

— Лютый…

— Я или те, кто тебя хотят? Выбирай, Кристина. Если выберешь их, то я вмешиваться не стану. Хочешь этого? Отпустить тебя?

А у меня горло сжимает. Я чувствую, что Лютый не шутит. Кажется, действительно примет мой ответ. Легко разожмёт свои тиски, если я неправильно выберу.

Из горла одно короткое слово вырывается, которое тянет меня на дно.

Пути назад нет.

— Нет, - это предательство, это спасение. – Я не знаю. Чего ты хочешь за помощь? Какие новые условия? Стать снова твоей?

— Не совсем. Детали мы обсудим, но я хочу, чтобы ты держала это в голове. Сама выбрала меня. Потому что я не так страшен, как остальные. Потому что тебе лучше со мной, чем с другими. И не станешь отказываться от того, что я предложу. Это нужно сделать, а у меня нет времени тебя убеждать.

— Что ты придумал?

— Они могут рискнуть потребовать мою девку. Но жену никто не тронет.

— Но я не твоя…

— Станешь. Ты выйдешь за меня замуж, Кристина.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Что скажешь, златовласка?

Я ничего не смогу сказать, такая простая фраза Лютого расшибает меня, превращает в мелкую крошку. Я не могу поверить, что мы действительно говорим об этом.

Жена.

Жена Лютого!

Стать его полностью, по всем фронтам, без шанса на побег. Это самолично загнать себя в ловушку, захлопнуть замок и делать вид, что так и должно быть.

Мужчина так филигранно разыграл свой спектакль, по нотам. Сам заставил признать, что лучше знакомый сталкер, чем чужие преступники, которые готовы отыграться на девушке.

— Я… Я не хочу за тебя замуж.

— Значит, хочешь под других лечь? – кадык мужчины дергается, но я слышу в его голосе напускную весёлость. – Отлично, организуем.

— Ты меня не отдашь.

Заявляю твёрдо, не сомневаюсь в этом. Боюсь всё время, что мужчина проявит крайнюю степень своей жестокости, оттолкнет меня в объятия другого, сам отдаст. Но внутри жжет, разгорается стальная уверенность.

Лютый – псих. Мой сталкер, который разворошил всю жизнь, следовал по пятам. Он так просто не отпустит, не позволить другому касаться. Я могу бояться мужчину… Но когда он рядом, других мне бояться не стоит.

— Ты ведь хотела выбор, златовласка? Так рвалась, засадила меня, всё делала, чтобы избавиться. Так вот, пользуйся. Сама выбирай.

«Сама выбрала меня».

Выбрала и сейчас даже устыдиться не получается. Простой кровожадный мир, в котором я понимаю всё. Не могу даже злиться на происходящее, здесь тонна моей вины. Нужно подстраиваться, больше уклоняться от ударов судьбы не получится.

— Мы оба знаем, что я выберу тебя. Из двух зол…

Если Лютый не смог с ними договориться, то вряд ли кто-то сможет. У меня нет крутых друзей, которые обеспечат меня охраной. Только псих, от которого мурашки собираются на шее.

— Так что ты хочешь? Как это будет? Как всё… Ты добился своего, да? Заполучил меня. Навсегда? Ты сразу это знал? – спрашиваю и качаю головой от разочарования. – Не собирался меня отпускать. Не трогай.

Отшатываюсь от мужчины, выбираюсь из его зажима. Отхожу подальше, стараюсь совладать с эмоциями. Лютый нужен мне, нужна его помощь, но меня штормит. Накрывает дикой злостью за то, что я рискнула поверить мужчине. Так глупо повелась на сладкие обещания.

— Зачем было врать? – не оборачиваюсь, рассматриваю серое пятно на стене, фокусируюсь на нём. – Ты мог сразу об этом рассказать. Я бы всё равно никуда не делась. Хотя о чём это я. Ты ведь любишь это, правда? Давать мне иллюзию свободы и выбора, а потом ещё жестче ограничивать.