Книга Пленница Лютого, страница 23 – Ая Кучер

Зря.

Я попросил Саида об одной услуге, но в итоге друг мне три организовал. Быстро вытащил, сделал так, чтобы ни одна бюрократическая крыса не возразила. И сюда доставил, в тайне ото всех. Так, чтобы никто не прознал.

Особенно, Кристина.

Сюрприз, моя девочка.

Я здесь и никуда не собираюсь. Не захотела сама возвращаться, так я приволоку. Напомню, как всё должно быть. Она согласилась, что мне принадлежать будет. Согласилась, что моя.

Поздно слова забирать.

Нужно за ошибки платить.

Шагаю, медленно двигаюсь по комнате. Куда решила спрятаться? У неё преимущество, знает комнату, я же здесь впервые. Только златовласка не готова к такому столкновению, ничего не умеет. Не привыкла изучать новые помещения, запоминать.

Я же досконально всё запомнил. Возле окна стол, в центре ещё один, на котором цветы стояли. Зал небольшой, преграды в виде дивана и кресла. Вслепую двигаться очень сложно.

Не убежит.

— Я досчитаю до трех, Кристина. И если ты не выйдешь, то тебя ждет наказание. Не нарывайся, моя девочка. Ты и так слишком сильно облажалась.

А демоны внутри нашептывают. Не мешать, пусть нарывается. Пусть делает ошибку за ошибкой. Играет с огнем. Тем слаще будет наказание. Нагнуть на кровати, ворваться в неё.

Трахать, пока голос не сорвет.

В памяти свежо, какой она была. Как лежала на мне в постели, закидывала ноги. Прижималась, сопела, глазами хлопала. И прогибалась же, я видел. Нежнее, покорнее, тише.

Тянулась навстречу.

А оказалось, что в руке нож зажимала. Гордо вонзила, с улыбкой блядской. Решила показать, какой может быть? Как себе свободу выторгует? Только нихера подобного.

Дрянь.

Подо мной будет.

— Раз, - начинаю отсчет, пальцы натыкаются на стол. Задеваю вазу, отправляю её в полет. – Я трахну тебя в том месте, где найду. Несколько раз, пока не вспомнишь, кому ты принадлежишь.

Пока не признает.

Снова не повторит, что моя девочка.

Сама так сказала. А это – клеймо невидимое. Выжженное на ней, в моем сознании. Последний блокпост, который раздавило. Назад не отмотать, не держаться на расстоянии.

Только рядом.

Моя.

— Два. Выйди ко мне, Кристина. И убеди, что я должен тебя простить. Если ты хорошо поработаешь, то я даже закрою глаза на твоё предательство.

Сорванное дыхание.

Покрасневшая от ударов кожа.

Представляю это, картинки под закрытыми веками вспыхивают. Как Кристина вскидывается, всхлипывает, трется о стояк. Хрупкая. Нежная.

Выбеанной будет, молчаливой. Тихой, послушной. Примет, вспомнит, как всё должно быть.

Псих, конченный, но лечения нет. Только доза лекарства, которая спрятана в девчонке. Транквилизатор, чтобы ненадолго попустило. До нового приступа.

Неправильно с ней поступаю, но это неважно. Не поможет ей, не спасет. Я буду в аду гореть, но в нем я половину жизни провел. Сейчас для себя личный рай организую. Вкушу то, что можно.

А после – плевать.

Кристине не повезло. На неё я глаз положил, никто другой. Был бы шанс, в ментовку сдала бы. Избавилась от сталкера. Но её выбрал я. И нет в мире той блядской силы, которая бы в стороне удержала.

Только смерть.

Но подыхать я не собираюсь.

Прислушиваюсь, каждый шорох ловлю. Дыхание хриплое рядом раздается. Всхлип, а после тишина. Рядом, моя девчока. Играется, только победителем буду я.

— Три.

Рывок в сторону, прижать её к двери. Впечатать, своим телом накрыть. Вдохнуть её запах, сжать пальцами шею. Почувствовать, как её пульс зашибает.