Книга Измена. Цена прощения, страница 64 – Ая Кучер

В двадцать четыре пора взрослеть, задвинуть старые разногласия подальше. Бесит ли меня Шварц? Естественно. Как и я его. Но это наше противостояние можно оставить до лучших времен. Или до того момента, как Мирон первым начнёт меня доставать.

— Привет, - выдавливаю улыбку, запуская мужчину внутрь. – Я на секунду, проверю Руса, а ты пока раздевайся.

— Так сразу? Ты замужем за моим другом, а такое предлагаешь…

— Шварц, - вздыхаю, потому что момент наступает слишком быстро. Демонстративно осматриваю мужчину, а после качаю головой. – Прости, ты не в моем вкусе.

— Забавно, учитывая, что мы с Димой похожи.

Я морщусь, проигрывая один – ноль. Это правда, в университете их даже иногда принимали за братьев. Тот же оттенок волос, телосложение. Даже глаза у обоих орехового цвета.

А когда они оба отпускали легкую щетину, то Степан Артёмович, отец Димы, в шутку спрашивал мою свекровь про супружескую верность. Поэтому мой подкол был абсолютно провальным.

— Ты мой хороший.

Я глажу сына по светлым волосикам, укрывая одеялом. Он забавно кривит носик, сжимая в ручке погремушку. Неожиданно заснул, видимо, день с бабушкой его утомил.

— Прости, - я возвращаюсь на кухню, прикрываю дверь. – Руслан спит, поэтому не шуми.

— Как скажешь.

Мирон расстегивает пуговицы на пиджаке, усаживаясь за стол. На нём костюм, галстук чуть ослаблен. Судя по всему, мужчина только с работы, решил закрыть последние вопросы перед тем, как вернуться домой.

— Хочешь кофе или чай? – предлагаю, убирая в мойку грязную кружку. – Есть ещё лимонад.

— Лимонад? Ты серьезно вошла в роль домохозяйки, да?

Я знаю Шварца столько же, сколько и мужа. За эти семь неполных лет я обросла своеобразной броней против его неуместных высказываний. Вначале они задевали, а после стали привычной манерой общения.

Шутка про домохозяйку появилась после того, как Дима сделал мне предложение. Совпала с провальным сложным экзаменом. И Шварц постоянно усмехался, что я так спешу замуж лишь потому, чтобы не было нужды учиться или работать.

«Придурок» – журил его Дима, заставляя молчать. И мысленно я вторила мужу каждый раз.

— Лимонад, - повторяю с королевским спокойствием. – Могу в стиле некоторых домохозяек добавить туда секретный ингредиент.

— Какой же? – Мирон усмехается, поднимая бровь.

— Мышьяк.

— Рискуешь потерять работу, Тая. А потом ещё с полицией разбираться… Оно того стоит?

— Ну, нет тела – нет дела.

— У меня три свидетеля, которые знают, что я отправился к тебе.

— Блин, целых четыре тела?

Ерничаю, а Мирон, к моему удивлению, тихо смеётся вместо того, чтобы продолжить словесную перепалку. Мысленно присуждаю себе балл в нашем состязании.

— Лимонад подойдёт, - в итоге выдает мужчина, стягивая галстук окончательно. – Вряд ли ты хочешь разбудить Руслана чайником.

— А, нет, иногда шум полезен. Ребёнок должен привыкать к тому, что вокруг не тотальная тишина. По крайне мере, мне так Алина Михайловна говорила.

— В любом случае, лимонад. Должен же я проверить твою решительность отравить меня. И перейдём к делу, ладно? У меня ещё планы на вечер.

— Конечно.

Я ставлю стакан перед Мироном, отчего-то начиная нервничать. Может, причина в том, что я загорелась идеей действительно пойти на работу? И не хочется терять такую возможность, вряд ли кто-то предложит условия лучше, чем Шварц.