Книга Измена. Цена прощения, страница 163 – Ая Кучер

Но мне чудится, что в его глазах мелькает вопрос.

«Что ты хочешь, чтобы я сделал, Тай?».

Мирон не спешит, ждёт моего решения. Хочу я что-то рассказывать Диме или просто замну тему тем, что ничего особенного не происходит. Выбор сейчас за мной.

И я не собираюсь позволять Диме напирать на меня, вешать несуществующую вину на плечи. У меня и так хватает груза, от которого я хочу избавиться.

Единственное, что во всём этом неправильно – они давние друзья, а ведь существует какой-то кодекс «бро», когда нельзя подкатывать к бывшим.

Но Шварц взрослый мужчина, он знает цену своим поступкам. И если решился поцеловать меня, то прикидывал последствия.

— Прости, - произношу, слыша тяжелый вздох за спиной. Мирон отворачивается, сжав челюсть. Но не мешает произнести то, что я хочу. – Дим, прости, но…

— Но? – усмехается. – Скажешь, что мне привиделось? Ты не зажималась со Шварцем на глазах у всех?

— Но, - произношу тверже, делая шаг к мужу. – Но тебя это больше не касается.

— Серьезно?! Моя жена! И мой лучший друг!

— Тише, Руслан только уснул. Не нужно его будить криком.

— Что-то ты не думала про него, когда устроила всё это.

— А ты думал? Когда снимал непонятных девушек? Не думал, что можешь принести домой какую-то заразу? Мне, Русу. Нет, тебя это не волновало. Тебе, видимо, можно.

Говорю, а меня аж передергивает. Думаю о том, какие болезни Дима мог подцепить, и начинает тошнить. Вроде и понимаю, что мужу должно было хватить ума предохраняться и подумать об этом. Но всё равно не по себе.

Я себя время от времени пилила, что у нас с Димой тотальное воздержание. Потому что во время беременности, как только начались проблемы в первом триместре, мне ничего не хотелось.

Только обниматься, и чтобы меня пожалели, нашептывали, что всё будет хорошо. После – обязательное воздержание первые десять недель. А как только срок вышел, я получила разрешение от врача, принарядилась…

Дима притащил любовницу.

Господи, как же хорошо, что я с ним не спала всё это время! Черт знает, чем могла ещё и заразиться.

— Дим, ты обиженный мальчик или что? – спрашиваю растеряно. С каждым разом муж удивляет меня всё больше, и не в приятном смысле. – Я какая-то элитная игрушка для взрослого избалованного ребёнка? Новыми пользоваться можно, а старую отдавать никому нельзя? Только нет, Дима. Я – не игрушка. Я живой, чтоб тебя, человек! И я ушла от тебя ещё в день, когда ты притащил Иру в нашу квартиру. Я могу быть с кем угодно, обжиматься, целоваться. Да хоть каждый день в бар ходить и снимать себе парня на ночь. И? Как тебя это касается?

— Ты моя жена.

— Ну, тебе это не мешало развлекаться.

— Теперь понятно, откуда ветер дует. Шварц тебе лапши на уши повесил, а ты рада слушать. Может, ты изначально на него засматривалась, а сейчас шансом воспользовалась?

— Дим, - мне плакать хочется от таких несправедливых упрёков. – Ты… А, видимо, ты тоже с Машей хотел семью строить?

— Ладно, - муж выдыхает, ерошит темные волосы. – Я понял. Ты решила так мне отплатить? Уколоть в ответ за якобы роман с Машей? Твоя подруга, мой друг… Хорошо, я осознал. Хватит, пошли поговорим нормально.

Мне хочется протереть глаза. Ну не может мой муж такое говорить! Он ведь всегда был понимающим, нормальным, спокойным. А теперь, когда мы двигаемся в сторону развода, всё резко поменялось.