Книга Измена. Цена прощения, страница 16 – Ая Кучер

— Ну? – а внутри всё давит. Крошится. – Дальше по плану идут оправдания. Подсказать? Я всё время с ребёнком, у нас год не было близости. Ты устал, ты хотел чего-то…

— Тась, хватит.

Просит, и мой поток слов заканчивается. Я отворачиваюсь на мгновение, чтобы перевести дыхание. Беру со стола погремушку, заглушаю звоном собственное сердцебиение.

Вот так, глупышка.

Думай о сыне, сейчас он твоя главная задача.

А муж…

— Да.

Выдыхает так честно и просто, что я едва сдерживаюсь. Хочется швырнуть чем-то в него. Детской игрушкой или той вазой, что стоит на подоконнике.

— Да, Тась, я хотел чего-то. И да, год сложно было продержаться. Но это не оправдания, - качает головой, рассматривает плитку под ногами. – Я и не могу оправдаться. Это сработало бы, будь здесь твоя вина. Но её ведь нет, - он звучит устало, трет глаза, и я замечаю темные синяки от недосыпа. – Поэтому я могу только объясниться и исправить всё.

Ну вот почему? Почему мужчина такой правильный именно сейчас? Говорит именно то, что я хочу услышать. Не пытается спихнуть всё на меня, так откровенно берет на себя вину…

— Если ты хочешь… - обрывается, его телефон снова разрывается. – Прости, Шварц забыл, что существуют выходные. Так вот…

— Ответь. Я хочу услышать, что это действительно Мирон.

— Ладно, - сжимает пальцами телефон, морщится недовольно. – Как скажешь. Да, Мир, слушаю…

А я больше не хочу! Шиплю на Диму, заставляя быстро убрать разговор с динамика. Это действительно друг на проводе, но матерится так, что мне дурно становится. А Руслану вообще не стоит слушать подобного.

— Что случилось? Нормально объясни, - рявкает, посылая мне извиняющийся взгляд. – Твою же… Как и когда? Где ты сейчас?

Это идеальный момент, чтобы уйти. Пока муж занят – собрать вещи и купить билет в родной город. Но я прирастаю к полу и не двигаюсь, слишком любопытно.

Я ни разу в жизни не слышала, чтобы Мирон употреблял ненормативную лексику. Он всегда был сдержанным и чуточку скучным. А теперь ругается как грузчики в порту, у меня уши краснеют, даже так слышно всё.

— Я понял. Да, решу. Выезжаю уже. Не ори! Если моя вина, будем разбираться. Всё.

Дима бросает телефон на стол, сжимает пальцами спинку стула. Часто дышит и молчит. Замирает на несколько секунд, постоянно так делает, когда случается что-то плохое.

Это часто бесило в Диме. Я ему жаловалась или звонила в слезах, а вместо того, чтобы сразу утешать, он думал. Будто мне нужны были его решения! Поддержки хватило бы.

— Мне надо уехать, - поджимает губы, проглатывая ругательства. – У Шварца ЧП на стройке. Тась, я бы не ехал, но это мои материалы рухнули. Нужно разобраться.

— Конечно. Все живы? Никто не пострадал?

— Все в порядке, кроме Мирона. Его в больницу сейчас ведут. Пожалуйста, дождись меня, ладно? Дальше мы решим, что делать. Ты решишь, - поправляется под моим злым взглядом. – Дождешься?

— Черт, а ты что тут делаешь? Мне явно нужно больше обезбола.

Я сама не знаю, зачем приехала сюда. Всю дорогу пыталась найти оправдание, хоть свою совесть успокоить, заглушить крик разума, что я веду себя как идиотка.

— Я тоже тебя рада видеть, Мирон.

Натягиваю широкую улыбку, шпильки мужчины давно меня не задевают. Тем более, что выглядит он неважно. Бледный, на расстегнутом воротнике засохшие капли крови.