Книга Развод в 57: Любовница в Моем Белье, страница 119 – Магисса

Тогда задержка казалась обычной путаницей с подписями.

— Что именно Тимур показал Ядвиге? — спросила я.

— Сначала съёмочный лист. Потом она спросила, почему на «РГ-12» диагональ идёт именно так. Он открыл карточку и увеличил чертёж. Я сказала, что внешний байер не должен видеть техническую часть. Тимур ответил, что без неё Ядвига не оценит производство.

— И ты позволила?

— Да.

Ответ прозвучал без оправдания. Я всё равно ждала продолжения.

— Я считала, что это помогает сделке, — сказала Сабина. — Она была приглашена как внешний байер. Феликс хотел получить её мнение. Я не видела, чтобы Тимур передавал ей файл, и не знала о второй копии. Но папку он показал до загрузки в сеть. И Ядвига видела не только съёмочный лист.

— Она фотографировала экран?

— При мне нет. Потом попросила Тимура задержаться для уточнения расчёта партии. Я ушла. Передачу файлов не видела. Подтверждаю только папку и время.

Демьян положил перед ней платёжную выписку. Эту строку мы уже сверяли с номером на обороте сохранённой техкарты. Плательщиком было ООО, работавшее на «Линию». Получателем значился предпринимательский счёт Тимура. В назначении стояло «исследование рынка», а дальше номер партии. Тот самый, который фабрика напечатала на технической карте.

— Вы заказывали у Тимура это исследование? — спросил юрист.

— Нет.

— Он проводил исследование для кампании «По себе»?

— Нет. Исследование аудитории организовывала я через консультантку. Там были анкеты, отбор участниц, согласия, протоколы примерок. Тимур обеспечивал хранилище и выгрузки.

— Возможно, он исследовал рынок для Ядвиги отдельно от вас?

— Возможно всё, чего я не видела. Но номер в назначении не рыночный. Это номер фабричной партии. Его не дают респондентам и не ставят в отчёты по аудитории.

— Кто его знал?

— Фабрика, мы, Тимур и те, кому показывали техническую карточку.

Нонна придвинула копию платёжного документа ближе.

— Где результат услуги?

Демьян открыл перечень приложений. Договор, общий акт, счёт и платёж. Ни задания, ни выборки, ни отчёта. Услугу сочли оказанной в день появления копии Тимура на внешнем хранилище.

— Это ещё не доказывает, что в назначении скрыли покупку файлов, — сказал юрист. — Но подтверждённого результата исследования в переданных документах нет.

— Потому что исследования не было, — сказала Сабина. — Я предложила эту формулировку раньше. Не Ядвиге. Тимуру.

Я посмотрела на неё.

— Для платежей «Ракурс Медиа»?

— Да. Он делал техническую работу, которая не помещалась в наш рекламный бюджет. Я назвала её исследованием аудитории и разбила счета, чтобы не ждать второго согласования. Он понял, что такая строка проходит. Потом использовал почти то же название с Ядвигой.

Сабина не просила отделить своё маленькое нарушение от большого. Удобная формулировка дала следующему платежу готовое прикрытие.

— Феликс знал о дроблении? — спросила я.

— Видел итоговый бюджет. Отдельные акты не проверял. Защищать его я не буду, но и придумывать участие без доказательств тоже.

Это годилось для протокола.

Феликс приехал через час по официальному приглашению. Сабина осталась. Они поздоровались так, как здороваются люди, уже потратившие все личные слова.

Юрист кратко перечислил подтверждённые факты. Феликс дослушал, не перебивая. Только на строке о платеже провёл большим пальцем по краю своей папки.