Книга Искушение, страница 62 – Ольга Дашкова

— Все в порядке, Екатерина Сергеевна. Ну да, случилось.

— Я слышала о твоем муже. Даже в новостях говорили, прими мои соболезнования, девочка.

— Спасибо. Два года уже прошло, я свыклась.

Моей соседке около семидесяти, она бывший педагог. Преподавала всю жизнь в соседней школе. Ее очень любили ученики, помню, когда я жила здесь, к ней много их приходило.

Милая женщина с тонкими чертами лица, худощавая. Даже сейчас она стояла с прямой спиной, гордо подняв голову. Волосы собраны в строгий пучок, всегда в платье и туфлях, шаль на плечах, сама элегантность. Она мне очень помогла в свое время.

Именно тогда, когда со мной случилась та жуткая история с соседскими парнями, она первая забила тревогу, волнуясь о том, что молодая девчонка практически неделю не выходит из дома. Когда она пришла, я ее впустила, Екатерина Сергеевна ни о чем не спрашивала, мне было противно рассказывать.

Она поняла и так, что что-то случилось, наверняка она подумала, что это было связано с каким-то парнем. Либо он меня бросил, либо обидел. Она не лезла в душу, была тактичной, заботливой, заставила есть, когда я не могла смотреть на еду. Она была лучше моей матери, которая заботилась обо мне по-своему.

А я еще тогда боялась привыкнуть к Екатерине Сергеевне, поэтому не открывалась, не рассказывала все. Потому что понимала, что начнет жалеть. Хотя мне эта жалость была ой как нужна.

Я жалела сама себя, я привыкла к этому. Отпускала себя, давала иногда выход эмоциям. Плакала, выла в подушку периодически, но мне нужны были эти минуты, когда я была уязвима, но была одна, зная, что никто не увидит.

— Надолго к нам?

— Не знаю. Как пойдет. Спасибо вам за все. Извините, что не позвонила, телефон сел.

— А где же твои ключи?

Екатерина Сергеевна тактично начала задавать вопросы, заглядывая в глаза. А я по обыкновению их отводила, не хотела врать этой святой женщине.

— Знаете, куда-то запихала дома или положила, не знаю, найти не могу.

— Ты на машине?

— Нет, я на такси и без вещей. Пока только проведать, давно не была, как-то соскучилась. Посмотрю здесь, как и что. Не знаю, резко захотела сделать ремонт, надо было раньше его начать, но думаю, может быть, пришло самое время.

— И правильно. Правильно, надо делать ремонт. Выкинуть к черту все старое. Я тебе даже телефон хорошей бригады дам. Они недавно нашим соседям сверху делали, хорошие мальчики, добросовестные. И быстро все сделали, качественно.

— Спасибо вам. Буду очень признательна.

— Ты, Инга, заходи через час, я как раз шарлотку поставила в духовку. Поужинаем, поговорим, чай попьем. Твой холодильник пустой и выключен, есть нечего, если, конечно, ты решила переночевать у себя дома.

— Хорошо. Ещё раз спасибо, я подумаю.

— Тебе идет стрижка, ты такая хрупкая и загадочная с ней.

— Благодарю, — машинально потрогала обрезанные чуть выше плеча волосы.

Да, действительно, я не ела с утра, но даже и не хочется, хотя желудок уже начинает сводить от голода. Но во мне сейчас столько обиды, столько непонимания, что, боюсь, еще одной встречи с людьми, с которыми надо разговаривать, я не вынесу.

— Спасибо еще раз.

Отошла к своей двери. Старая, обшарпанная, покрытая краской в несколько слоев, кое-где она облупилась. Вставила ключ в замочную скважину, а у самой пальцы дрожат, словно я возвращаюсь в прошлое, туда, откуда у меня ушло столько сил вырваться.