Книга Собственность Саида, страница 4 – Ольга Дашкова

— Закрой свой рот! И будешь открывать его лишь для того, чтоб взять мой член. Саид Джалал никогда не играет. И запомни сейчас. – Он оказывается рядом, вскрикиваю, хватает меня за лицо, больно сдавив щеки. – Ты моя вещь, кукла, ты никто, потому что тебя отдали мне. И я – твой хозяин.

Отдали?

Как могли отдать живого взрослого человека?

Я не котенок и не щенок.

Был лишь один вопрос.

Не «почему», не «за что». А кто?

— Кто? – чуть слышно, одними губами, боясь услышать ответ.

Вновь кривая ухмылка, Саид Джалал щурит глаза. Густые брови, борода – он похож на всех террористов, вместе взятых. Огромные руки, крупные ладони, широкие плечи, он может переломить мой позвоночник одним движением. Свернуть шею или просто сдавить ее пальцами. И нет меня.

— Потом узнаешь, если захочешь, а пока мы едем, хочу твой ротик. Давай покажи, как ты умеешь сосать.

Вспыхиваю моментально, дергаюсь, но хватка железная, он ведет по моим губам пальцем, надавливает, проталкивает его в рот. Другой рукой сжимает волосы на затылке, по щекам текут слезы, но меня до такой степени парализует страх, что я не могу пошевелиться.

— Такой нежный маленький ротик, такие пухлые губки… Ты ведь уже отсасывала ими своему уебищному мужу? Ты ведь не целка, и наверняка он драл во все щели свою невесту до свадьбы.

Я перестаю дышать, потому что страх физически ощущается болью. Мужчина наконец отпускает мое лицо, звон пряжки ремня, всхлипываю, часто мотаю головой, понимая, что он расстегивает ремень и что может произойти дальше.

Но все равно опускаю глаза, мой похититель ловко вынимает свой член, он не возбужден, но и без того внушительного размера.

— Начинай, пока доедем, успеешь отсосать.

— Нет, нет, я не стану этого делать… нет…

— Ты плохо поняла? Или я не так объяснил?

Голос низкий, он снова больно сдавливает волосы, наклоняя вниз, упираясь руками, начинаю лихорадочно сопротивляться и кричать.

— Молчи, сука!

Голова дергается, ударяюсь затылком, лицо горит от пощечины, слезы уже текут сами сплошным потоком, капая на платье.

— Смотри на меня, смотри и запоминай снова. Тымоя! Вещь! Кукла! Моя личная шлюха, которую я буду иметь где, куда и когда хочу. И твое сопротивление меня только заводит.

Если до этого Саид Джалал говорил с легким акцентом, то сейчас его акцент стал более заметным – от злости, но это я пойму потом, не сейчас. Все ко мне придет со временем – как угадывать по интонации, когда он зол, и как по шагам узнавать, что меня ждет.

— И ты помнишь, что я могу сделать еще хуже?

Хуже? Куда хуже?

— Я продам тебя в рабство, в самый поганый и дешевый бордель Стамбула. За тебя много не дадут, но это все после использования моей охраной.

— Нет… нет… не надо…

Он сделает это, сделает и забудет, кто я такая, а перед этим меня оттрахают все кому не лень. Но ведь так нельзя, так бывает только в сериалах или триллерах о легкомысленных девицах, что ищут легкой и богатой жизни, а попадают в лапы торговцев людьми. А там их используют вовсю, сажают на иглу, и в итоге они подыхают в канаве.

Я не такая, у меня все хорошо: семья, папа губернатор, красавчик жених, светлое будущее, престижный университет, свадьба. Я не должна была попадать в этот кошмар. Я должна была лететь утром в Дубай, у меня медовый месяц.

— Я вижу, что ты поняла. Приступай.