Книга Отчим. Куколка для Монстра, страница 31 – Ольга Дашкова

Такое чувство, что я, да и все мы, здесь собравшиеся, для него всего лишь муравьи в стеклянном аквариуме. Что-то делаем, копошимся, таскаем на себе палочки, а он просто сидит и наблюдает за нами с легкой ухмылкой на губах. Я даже не пойму, о чем он думает. Нечитаемый взгляд, ненависти нет, да и откровенного эротического интереса тоже.

Или мне это тоже снова кажется? Слишком много сомнений и «кажется». Интересно, это лечится?

Гостиная тоже изменилась, как и практически все в доме, не похоже на легкий ремонт. Но кое-что осталось из прежней жизни, это радует. Несколько картин, два серванта, в них богемское стекло и китайский фарфор, отец любил покупать что-то дорогое и странное на аукционах. Говорил, что некоторым чашкам или бокалам нет цены, что я потом на этом могу разбогатеть.

А я любила воровать их тайком, когда никого не было дома, и устраивать с куклами чаепитие. Мать ругалась, отец лишь качал головой, но я была счастлива, что шкаф не закрывали на замок.

Большая люстра над головой с тяжелыми хрустальными каплями. Кто помешан на таких объемах и формах? Неужели мать? Контрастные обои с позолотой, практически черный пол, начищенный до блеска, и огромный овальный стол в середине гостиной.

Нас за столом четверо. Появился еще один персонаж.

Пока Федор суетился, расставляя горячее, Инна движением руки указала на сидящего недалеко от меня молодого человека:

— Виталина, познакомься. Это Антон.

Хотела ответить в рифму, но не стала. Я девушка воспитанная и все-таки учусь в академии балета.

— Антон — племянник Дмитрия, единственный близкий родственник, но теперь у него есть я и ты, у него есть мы, так что поэтому мы теперь семья.

Не разделяла я энтузиазма матери, да и не нужна мне такая семья.

Антон тоже был странный, как его дядя, но на него совсем не похож. Задрот — так бы назвала его Ксюша. Диаметрально противоположные два человека внешне, насчет характера не знаю.

Светлые волосы зачесаны назад, гладко выбрит, тонкие черты лица, голубые глаза, светлые ресницы и брови. Худощавый, с тонкой шеей и острым кадыком, но на лице неестественно пухлые губы. Темная рубашка, пиджак… явно копирует своего дядюшку, получается плохо.

Тонкие пальцы держали вилку с ножом, он смотрел на меня, а мне хотелось кинуть в него что-нибудь тяжелое или плюнуть. Ну, это был бы верх демонстрации моего воспитания, даже посмеялась в душе.

Сооружение в центре стола в виде рождественского венка подошло бы идеально. Кто вообще его сюда поставил рядом с вампиром? Зря я думала, что Вальтер маньяк, на самом деле это Антон дрочит, наверное, перед сном на порнуху.

— Антон, это Виталина, моя дочь.

— Ты правда балерина?

Господи, у него даже голос отвратительный.

— Нет, неправда. Я танцовщица в стрип-клубе, совсем недавно там работаю. Обычно по сменам, чтобы не мешать учебе, я на лаборанта учусь в колледже химическом. Балерина — мое сценическое имя, номер у меня в балетной пачке, но без верха. Если надо, могу приват, пять тысяч стоит.

Мать подавилась вином, чуть не вылила себе его в декольте. Федор застыл, раздавая горячее, рука замерла в воздухе, не донеся кусок утки до тарелки. Антон заморгал, не понимая, шучу я или нет. Дмитрий Германович снова улыбнулся краешками губ, сделал глубокую затяжку, выпуская кольца дыма перед собой. Ну ладно, пусть улыбается.