Книга Красная Шапочка и Секси-Босс, страница 79 – Ольга Дашкова

— Слушай, ты легок на помине.

— Чего?

— Вспоминал, говорю, тебя только что. Рука болит?

— А-а-а… Ты это, чувак, я тут подумал, – Матвей подбирал слова, рука еще побаливала, но когда после того вечера немного протрезвел, пришел в ужас от того, что чуть было не натворил.

— То, что ты начал думать, это похвально, только мысли должны быть правильными. Фингал откуда? Бандиты?

— А, да это так, повздорил, – Матвей потрогал пальцами синяк под глазом. – Стремно тогда вышло, я ходил к Насте два дня, прощения хотел попросить, но ее не было дома, Лизка там была.

— Потом попросишь, не сегодня, окей?

— А что, правда ты жених ее, и у вас все серьезно?

— Кто сказал?

— Да весь дом говорит. 151c5d0

— Дом врать не будет, правда.

А вот Волков вновь фантазировал.

— Ты это, полегче с ее папашей, он у нее чувак суровый.

— Сильно?

— Мент на пенсии.

— Серьезно. Хорошо, спасибо, и ты, сосед, смотри, как что – ушибом не отделаешься.

— Да понял я, понял.

Матвей с досады сплюнул под ноги, натянул шапку на глаза, поднял воротник куртки и пошел по своим делам. Иринка сказала не опаздывать, они идут в кино, а то второй глаз будет сиять, как первый.

— Господи, Настя, я не узнаю тебя, во что ты одета? Ну-ка, ну-ка, покажись. Спортивные мужские штаны, футболка, а это что? Резиновые сапоги – в декабре? Я сейчас умру от смеха!

Елизавета схватилась за живот, начала на самом деле истерично смеяться, а Настя в это время лишь качала головой, наблюдая за сестрой. Убрала пуховик в шкаф и посмотрела на себя в зеркало.

Вид, конечно, был у нее странный, это мягко еще сказано, тем более для конца декабря. Огромные мужские спортивные штаны, такого же большого размера футболка, это все закрывал пуховик, а вот сапоги могли заметить. Да, они немного подкачали, но кому какое дело? Впрочем, девушка шла быстро, стараясь скорее скрыться за дверью.

И вообще, если бы она вернулась на высоких каблуках на голую ногу, покоряя сугробы, был бы совсем иной эффект. Клавдия Никаноровна с Лидией Григорьевной просто сошли бы с ума от её вида.

— Ой, да хватит смеяться, не смешно, не помрешь. Маркиз, мальчик мой любимый, хороший, замечательный. Ты мой котейка сладкий, – Настя схватила с пола Маркиза, начала тискать, прижимать к себе, кот сопротивлялся как мог, не понимая, за что ему досталась такая порция агрессивной нежности.

— Я так и знала, у тебя завёлся мужик.

— Лиза, заводятся вши и тараканы, а мужчины в жизни появляются.

— Да, да. Кто он? Ну-ка, ну-ка, надо подумать, но я даже не угадаю, вокруг тебя одни придурки или вообще нет никого. Взять хотя бы бывшего твоего Ромочку или этого соседа Матвея. Я вчера в магазин вечером ходила, так он увидел меня, перешел на другую сторону улицы и сделал вид, что не узнал. Он вообще нормальный, может, наркоман?

— Лиза, прекрати. Я не знаю, кто наркоман, кто нет. Но если я начну обсуждать твоих дружков, то вечера не хватит, а уж тем более перечислять их особенности.

Настя отпустила кота, пошла на кухню, налила стакан воды, выпила залпом.

— У меня нет никаких дружков. И с чего это ты решила, что я не могу делать какие-то заключения о мужиках своей сестры?

— Ты младшая сестра, поэтому должна закрыть рот и слушать меня.

— Ха-ха-ха три раза. С чего это ради? Мне почти двадцать.