Книга Дюймовочка и Великан, страница 83 – Ольга Дашкова

— Девушку не видел — блондинка, маленькая такая, дерзкая?

— Так у вас охота на блондинок? Сезон для них?

— Не до шуток мне, я задал вопрос, а ты ответил. Извини, что испортил свидание.

— А вы чего такой грязный? И что с рукой?

— Федя! Я задал вопрос.

— Видел.

— Где она? Где ты ее видел?

— У бабки она, самогон пьет.

— Что?

— Да, у нас, оказывается, участковый не помер, вот и празднуют теперь с Ильичом.

С души упал камень, Егор выдохнул, потрепал Федора по волосам, улыбнулся.

— А она ничего такая, красивая.

— Кто?

— Лиза ваша.

— Это да, красивая.

Хабаров хмыкнул, покачал головой, понимая, что жутко соскучился по своей Лизе и хочет ее поцеловать. А потом уже будет наказывать.

— А давайте выпьем?

— А давайте.

Елизавета подняла красивую хрустальную рюмку, наполненную до краев бордовой жидкостью. Видимо, Тамара Павлова не знала этих самых «краев», наливая уже третью по счету.

Настойка была просто волшебная, Ветрова осознала это с первой рюмки, когда насыщенный ягодный вкус и аромат ударил по рецепторам, а потом обжег язык и раскатился по гортани.

— Да, выпить необходимо, тем более такой повод хороший, участковый оказался жив. Вздрогнем, Ильич.

— Вздрогнем, — Лиза повторила, выпила залпом, ей вообще начинала нравиться вся эта ситуация, все лучше, чем быть в компании мерзкого Семенихина. — А у вас фамилия не Ульянов? Вы так похожи на Владимира Ильича Ленина, мы проходили его на уроках истории.

— Это радует, это очень радует, милая барышня, что молодежь еще знает историю.

— Ой, вы так еще забавно картавите, как он. Он ведь картавил, да? Я не помню, я не слышала.

Лиза икнула, подперла подбородок кулаком, было хорошо, совсем не смущало то, что она совершенно не знала этих людей, что сидела в странном наряде, для которого не хватало лаптей и кокошника. Самсон стоял рядом на столе и разрывал пасть льву, Самсон был красавчиком, а вот Лиза скучала по Великану.

Было бы круто, если бы Егор что-нибудь разорвал Семенихину и его подручным — Семе и Валере — за то, что они ее обижали.

— Чумная, ты в лесу-то что делала? Только не говори, что подснежники собирала, не поверю.

— Их нет в этом лесу?

— Отцвели.

Выдумывать что-то было лень, мозг подтаявшим желе растекался по черепной коробке, легкое опьянение имело место быть, но плясать и петь караоке еще не хотелось.

— Сбежала от маньяка, — Ветрова понизила голос, почти легла грудью на стол, взяла соленый огурчик и смачно им хрустнула. — Так вкусно, очень, вы сами их готовили?

— Сама. На солененькое тянет? Давно?

— Солененькое, почему на него должно тянуть? — Лиза не поняла, о чем говорит женщина, а когда дошло наконец, то сморщилась. — Нет, нет, ничего такого нет.

— Жаль, Егорушке пора бы уже семью завести, деток, а то заперся на год в лесу и живет отшельником. А ты, девка, ничего такая, дурная только, но это с возрастом пройдет.

Мысли в голове Ветровой плясали от выпитого алкоголя, но она живо так представила, что у них с Великаном семья, вокруг бегают дети, а она вдобавок еще с пузом и ест соленые огурцы прямо из банки. Нет, нет, Лиза была не готова к пузу и детям, это пусть сестренка рожает, плодит волчат, а ей этого не надо, она еще слишком молода.

— Нет, ничего такого, о чем вы подумали, нет, просто огурцы вкусные, — Лиза демонстративно дожевала, улыбнулась женщине, но думать о том, что они имели с Егором незащищенный секс, от которого как раз появляются дети, не хотелось.