Книга Дюймовочка и Великан, страница 24 – Ольга Дашкова

Не нужно было ломать голову, кого они ищут. Жабы сами пришли за Дюймовочкой, а она от них, видимо сбежала.

Чудные дела.

— Настя, привет, это я, Лиза.

— Господи, Лиза, что с тобой, все хорошо?

— Все в порядке.

— Лиза, ты совсем с ума сошла! Ты где пропала? Где ты, отец волнуется, уже все морги обзвонил!

— Как же хорошо он думает о своей дочери, уже похоронил. Чуть что — уже морги обзванивает, почему не больницы?

— Лиза, прекрати, все серьезно. Утром папа обещал подключить свои связи. Где ты пропала?

— Тут, короче, такое дело. Я с девчонками уехала в Питер.

— В Питер? Какой Питер?

— Который Санкт-Петербург, город такой, культурная столица.

— Какого хрена ты там забыла?

— Настя, тебе нельзя выражаться, ты беременная женщина.

— Я еще не так могу выразиться, потому что ты совсем с ума сошла и всех нас скоро сведешь.

Зря все-таки Лиза позвонила старшей сестренке, но позвонить надо было, не отцу же, на самом деле, звонить и выслушивать тираду в воспитательной форме.

Девушка вернулась после бани, кутаясь в безразмерный халат, зашла в дом, посмотрела на Великана и остановилась. Вкусно пахло, мужчина что-то готовил на кухне. Широкие голые плечи, хорошо, что надел домашние брюки, а не расхаживает голышом.

Лизе он нравился, напористый, требовательный, но без перебора, а еще сильный и уверенный. Берет то, что ему нужно, именно таким, по мнению Елизаветы Ветровой, и должен быть мужчина. Если он хочет эту женщину, он должен ее добиться всевозможными путями и взять свое.

Но если брать в пример Семенихина, который тоже добивался ее всевозможными путями, с ним эта теория не прокатывает. Все-таки должно быть что-то другое, женщина должна чувствовать, что это ее мужчина. Об этом говорила сестренка Настя, а Елизавета только смеялась.

Зарядного устройства, которое попросила Лиза, ей не дали, Егор сказал, что такого у него нет, зато мужчина достал откуда-то из комода обыкновенный кнопочный телефон и протянул девушке. Было забавно видеть такой агрегат, но выбирать не приходилось, хорошо, что номер сестры Лиза помнила наизусть и теперь выслушивала ее возмущения.

— Какой Питер, я не понимаю, Лиза? Тебе поверили, отпустили жить одну, ты должна искать работу, как-то содержать себя.

— Настя, все в порядке, не переживай, мы с девчонками потусим пару дней, Катькин отец подарил ей квартиру, я тебе не рассказывала, Катька Парамонова. Только я телефон сломала, надо в ремонт отдать.

— Сломала телефон? Тебе вот только его подарили на день рождения, последняя модель, как ты хотела, родители разорились.

— Ну, извините, техника имеет такое свойство — ломаться. Я здесь ни при чем.

— Ты всегда ни при чем и всегда попадаешь в какие-то непонятные, причем криминальные ситуации.

— Так, все, не переживай, беременным волноваться вредно. Я тебя целую, обнимаю. Погладь за меня свой животик и передай привет Серому Волку. У меня все хорошо, передай папе, в морге меня нет. Я обязательно ему позвоню, только не сегодня.

Лиза быстрее отключилась, прижала телефон к груди, обернулась. Егор смотрел внимательно, склонив голову, помешивая что-то лопаткой в сотейнике.

— Значит, Питер?

Лиза поджала губы, врать было некрасиво. Но во спасение своей шкуры — немного можно.

— Это для папы, чтобы не волновался. Он у меня мужчина нервный, с военным прошлым. Не буду же я говорить ему, что застряла в лесу, и меня нужно срочно забрать. Я даже адреса не знаю.