Книга Две занозы для босса, страница 80 – Ольга Дашкова

— София никуда не пойдет, если вы хотите принести подарки, сделайте это сами, но девочка останется здесь.

В эту же секунду после произнесенных фраз меня обжигает холодный взгляд ледяных голубых глаз. Алиса выпрямляется, поправляет идеально уложенные прямые белые волосы. На ней нежно-розовое облегающее платье, босоножки на высоких каблуках. Этакая гламурная девица, которая сбежала с вечеринки на яхте, вспомнив о своем ребенке и решив его навестить.

Даже не могу подобрать для нее не матерного определения.

— А ты кто такая, чтоб указывать мне?

Она подходит ближе, теперь я могу разглядеть ее лицо. Красивая молодая женщина, ни одной морщинки – спасибо ботулинотерапии и силикону. Накачанные полные губы, длинные ресницы, идеальная фигура, высокая грудь, девушка с обложки или звезда, но я-то знаю все ее гнилое нутро. И вот этим всем и дорогими тряпками его не скроешь.

Надо под любым предлогом задержать ее до приезда Михаила. Он говорил, что не мог, все эти дни найти ее и дозвониться. Надо колоть эту дамочку как грецкий орех и вытянуть из нее всю информации. Кто слил ее видео в сеть, какое она имеет отношение к конкуренту Вишневских, и вообще, не нравится мне она.

— Это Маргарита, она папина невеста. Они скоро поженятся и родят мне братика. А у меня есть волшебная палочка, Паша подарил, и я это наколдовала,– София такая молодец, говорит, что думает.

— Даже так? Как мило. Маргарита, значит. И откуда ты взялась такая, Маргаритка? – Алиса смотрит, оценивает, презрительно хмыкает, ну да, конечно, я ей не конкурентка и не ровня, но у меня тоже есть зубки.

— София, милая, беги к себе в комнату и нарисуй маме подарок на память.

— Ага, – девочка легко меня слушается, и вот уже по ступенькам слышны ее шаги.

— Ты что задумала, замухрышка? Увести у меня Мишу? Ты себя в зеркало видела? – Алиса настроена агрессивно, с уходом ребенка она показала свое истинное лицо. – Тебе ничего не светит, и не думай, Миша любит меня и всегда любил, и наше воссоединение лишь дело времени, у нас дочь.

— Это кто тебе такое сказал? – упираю руки в бока, делаю несколько шагов навстречу. – Дочь? И как часто мать-кукушка вспоминает о ней? В перерывах между любовниками, в чужих постелях с тяжелого похмелья?

О, меня несло как товарный поезд с откоса, такой драйв, такой накал.

— Да… да что ты такое говоришь, сука?

— Прекрати выражаться в доме, где ребенок, – делаю строгое замечание, а у самой так и чешутся руки устроить мордобой этой кукле.

— Вот приедет Миша, он спустит тебя кубарем с лестницы.

— Когда он приедет, ты полетишь с нее, ломая ноги, мать недоделанная, вспоминает она о дочери, когда нужны деньги ее отца, да лучше быть сиротой при такой, как ты.

Алиса задыхается от ненависти, глаза горят, она топает ногой, но тут мы вдвоем опускаем взгляд на пол и слышим журчание.

Стивен – прекрасный мальчик, стоит, задрав лапу, метит Алисину сумочку, которую она так и оставила на полу.

— Ах ты, мерзкая гадина, я сейчас шкуру с тебя спущу!

— Только попробуй его тронуть, твоя шкура окажется спущенной первой.

Не знаю, откуда во мне эта агрессия, но накопилось. Алиса пытается пнуть пса, тот отпрыгивает, начинает лаять, я хватаю ее за волосы и начинаю таскать, она визжит, ругается, поскальзывается своими ходулями на луже. Мы с грохотом летим на пол, Алиса задницей в мочу, я, к счастью, рядом, все еще удерживая ее за волосы.