Книга Две занозы для босса, страница 43 – Ольга Дашкова

— С языком? – как дурак переспросил, Маргарита уже немного остыла, но смотрит сейчас на мои губы, а меня это заводит.

— Опустим эти подробности, там произошел странный инцидент утром, сосед Егор, я искала Стивена, и вообще – мы вас не ждали.

Не ждали они. Да я сам себя не ждал здесь.

При упоминании Егора стало совсем нехорошо. Был и у меня один инцидент с ним, но об этом думать сейчас не хочется. Самойлов наглый тип, старший сын прокурора, гори он в аду.

— Ладно, давайте поговорим утром, устал, извините, что потревожил, это просто моя комната, я найду себе место.

Быстро вышел, оставив девушку одну, зашел в родительскую спальню. Даже не стал включать свет, разулся, снял джемпер, расстегнул ремень джинсов, лег, положив голову на руки, закрыл глаза. Слинял как подросток, опасаясь своих эмоций и действий, связанных с Маргаритой Цветковой.

В данную минуту их оказалось слишком много.

От подушки пахло мамиными духами, тонкий цветочный аромат успокаивал, уносил в прошлое и в сон. Мозг отключился сам, устав от перенапряжения, от суеты и проблем, вспоминая лишь глаза Маргариты и то, как она смотрела на меня.

Проснулся от вибрации телефона в кармане, щурясь от яркого солнца, перевернулся на спину, ответил, не глядя на экран.

— Говорите, Вишневский.

— Мишенька, Мишенька, я не смогла, я не смогла улететь без тебя.

— Кто это?

— В смысле – кто? Мишенька, это я, Кристина.

— Черт.

— Что ты сказал? Тут очень шумно. Я в Москве, в аэропорту. Я не могу лететь без тебя, я там ничего не знаю. Мне так одиноко, я не спала всю ночь, здесь ужасно.

Точно, я же отправил Крис на Мальдивы, а сам обещал, что буду позже.

— Крис, успокойся.

— Я не могу, мне так грустно и одиноко одной, а еще я устала.

— Сама же говоришь, полно народу.

— Я не об этом. Я еду обратно.

— Нет, Крис, зачем? – уговариваю свою любовницу лететь без меня на отдых, дожился. – А хотя… давай домой, я точно невыездной.

С отцом спорить бесполезно, если он перекрыл кислород, то это надолго, а значит, мой отпуск пройдет без белоснежного песка Индийского океана и его экваториальных вод.

Послышался всхлип и тихий вой. Кристина решила пустить слезу, но я уже от этого устал. Отключился, девочка взрослая и разберется сама, встал, потянулся, на часах девять утра, вообще не помню, когда последний раз так долго спал, что даже не слышал будильника на телефоне.

Подошел к окну, за ним начинается июньский жаркий день, но в решении проблем с Алисой он мне не поможет. А когда, умывшись, начал спускаться на первый этаж, первое, что удивило – это запах кофе и выпечки.

Здесь уже год как ничем, кроме маминых духов, не пахнет, а раньше моим самым любимым ароматом был запах, когда варилось малиновое варенье.

— Марго, как тебе мой брат?

Остановился на последней ступеньке, посмотрел на свои босые ноги, прислушался.

— Михаил Дмитриевич?

— Можно и так. Ну, для меня он Мишка, мы как-то пацанами на велосипеде врезались в кабриолет мэра тогдашнего, Мишке влетело больше.

— Потому что вы, Павел, безответственный. Это значит, что вы не хотите брать на себя ни за что и ни за кого ответственность, как, впрочем, и ваш брат. Он взрослый, а брать ответственность за свою дочь не хочет или не готов, это удручает.

— Это почему? Нет, я вообще спросил о брате, а ты мне про безответственность.