Книга Две занозы для босса, страница 4 – Ольга Дашкова

Останавливаюсь, даю девушке отдышаться, пропускаю ее вперед. Она очень красивая, такая эффектная, яркая. Темные волосы, отличная фигура, но в глазах чистый холодный расчет, по образованию, кстати, экономист.

— Эльвира, вы почему согласились на должность секретаря? Это ведь скучно и однообразно.

— Что вы, разве с таким руководителем заскучаешь? – девушка оборачивается, кокетливо улыбается, а потом опускает глаза. Все-таки я совсем не разбираюсь в женщинах, отец прав. Это она сейчас так клеит меня или на самом деле говорит искренне?

— Вы экономист, могли, что и другое себе найти.

Мы поднялись уже на третий этаж, Эльвира снова останавливается, смотрит на меня сверху вниз, от нее приятно пахнет, и вообще она девушка интересная. Исполнительная, пунктуальная, старательная и, что немаловажно, ненавязчивая.

— Я поняла, что цифры это не мое, конечно, доучилась, я обещала папе, вы знаете, какой у меня строгий папа, мне вот хоть уже и двадцать четыре, но контролирует каждый шаг.

Да, мне это знакомо и в тридцать пять.

— Но мне нравится сидеть не над сводками и диаграммами, а работать с людьми, быть действительно нужной и полезной, но отцу этого не понять.

Кстати, об отцах. Посмотрел на часы, три минуты прошли еще десять минут назад, еще немного – и меня начнет искать охрана.

— Эльвирочка, простите меня, срочно вызывают на двенадцатый этаж, в приемную всех святых. Вот, отнесите папку в мой кабинет, а я побежал, и сварите кофе.

Некрасиво, конечно, но что делать? Мама, пока была жива, учила нас с братом манерам, как правильно вести беседу, какой вилкой есть рыбу и какими глотками пить чай.

Отец не одобрял, но авторитет мамы был велик, мы с Пашей даже удивлялись, как хрупкая женщина могла одним взглядом, не произнеся ни слова, поставить его на место, и отец не возражал, только любил ее.

Только вот мне все не везет в любви.

Пока бежал на двенадцатый этаж, взмок, вот что значит забросить зал и регулярные тренировки. Даю себе несколько секунд отдышаться перед дверью на этаж, дальше уже иду, невозмутимо смотря вперед, а у самого сердце колотится в груди как бешеное.

— Михаил Дмитриевич, Дмитрий Борисович ждет вас, – помощница отца вышла из его кабинета, как только я вошел в приемную. Два секретаря сидели тихо, но увидев меня, переглянулись.

— Спасибо, Ольга Леонидовна.

Не нравится она мне, скорее всего, это ревность, что около отца почти весь день трется женщина, пусть это и его помощница, а мамы уже год, как с нами нет. Напрягает это Ольга Леонидовна.

— Я хочу вас предупредить, не расстраивайте своего отца, совсем недавно сбили давление.

— С каких это пор вы, Ольга Леонидовна, стали сестрой-сиделкой, а не помощником? Или сбивать давление входит в ваши прямые обязанности?

Женщина поджимает губы, но открыто смотрит в глаза. Сколько ей – сорок, сорок два? Даже не помню, откуда она появилась и так усердно начала работать. Кто-то ее порекомендовал отцу, первые месяцы всем было трудно.

— С тех самых пор, как его сыновья перестали уделять своему отцу должного внимания.

— Даже так? Не помню, чтоб я отчитывался перед вами. Вы ведь помощница, ваши обязанности – следить за графиком работы, а не за давлением моего отца.

В приемной генерального директора было настолько тихо, что был слышен лишь гул работающих компьютеров и тиканье настенных часов. Но эта наглая баба уже начинает выводить меня из себя.