Книга Две занозы для босса, страница 15 – Ольга Дашкова

— Эльвира?

— Может быть.

— Заболела.

— Сильно?

Девочка оживилась, отошла к углу, где у кофемашины стояла вазочка с конфетами, привстала на носочки, взяла одну, развернула фантик, понюхала, но потом завернула и положила обратно.

Она забавная и такая милая.

— Говорят, отравилась.

— Понятно.

— Как тебя зовут?

— Софи, а это Стивен.

— А как ты, Софи, вообще как тут оказалась без взрослых и с собакой?

Посмотрев на пса, тут же кинулась к нему вытаскивать из пасти зажеванную салфетку. Он не сопротивлялся, облизал меня, снова уткнулся мордой уже в пустое ведро.

— Няня от нас отказалась, Федор застрял у лифта, говорит по телефону, а пришли мы к папе.

— К папе? Кто твой папа?

Девочка показала пальцем на золоченую табличку на двери, на которой было написано черным буквами: «Вишневский Михаил Дмитриевич».

Мой напыщенный босс – отец?

Нет, я не верю.

Не верю, что у такого индюка может быть такой славный ребенок.

— А где твоя мама?

— Не знаю, наверное, снимается в кино, она актриса. Но я ей не нужна.

Девочка говорила таким спокойным тоном, вязала из вазочки другую конфету, посмотрела на обертку, развернула, отправила в рот.

Сколько ей лет? Шесть? И уже в таком возрасте она понимает, что не нужна своей матери? Что же это за мать такая, да и отец не лучше, если у ребенка такие мысли?

Вишневский

Пока читаю документы и отвечаю на вопросы гостей, прислушиваюсь к тому, что происходит за дверью, напрягаюсь и кашляю, когда за ней раздается собачий лай.

Господи, только не это!

Софи и Стивен.

Сейчас от приемной ничего не останется, как утром от нашей кухни. Надо срочно найти няню, за любые деньги, за все золото мира, иначе мой долгожданный отпуск накроется медным тазом. И придется лететь не на Мальдивы, а ехать в пригород, в санаторий лечить расшатанную нервную систему, электрофорезом и успокоительными сборами.

— Мне показалось, это лай? Собачий лай? Михаил Дмитриевич, ваш секретарь не только отлично варит кофе, но еще и любит животных?

— И не говорите, золото, а не девушка, но это робот, собака-робот, подарок тестирует. Дочка у меня, вот ей подарок, – нервно улыбаюсь, схватив телефон, иду к двери. – Пойду узнаю, где наш кофе, я скоро.

Войдя в приемную, набрав полные легкие воздуха, чтоб разразиться в гневной тираде, замер на месте. Софи смеялась, они обе смеялись, девушка что-то показывала моей дочке, та была такой счастливой, а пес крутился рядом и вилял купированным хвостом.

Несколько секунд смотрю на эту картину. Идея яркой лампочкой вспыхивает в голове. А что если?..

— Папа, папа, смотри, что мне показала Маргарита, это журавлик, он из бумаги и он как живой.

— Что здесь происходит?

— Папа, смотри, ну, посмотри, какой он красивый, а если их сделать много-много и разных цветов, то будет целая стая журавлей.

— Маргарита, я спрашиваю, что здесь происходит? Мы ждем кофе и документы.

— А я занимаюсь вашим ребенком, как вы считаете, что было важнее? Чтоб я ее отослала за дверь вместе с собакой? И вообще, я не нянька, я даже не секретарь.

Стивен дал о себе знать, громко гавкнул, потом подбежал ко мне, начал царапать когтями передних лап брюки, оставлять на них мокрым носом влажные пятна.

Хреновая ситуация.

Как и вся моя жизнь в последний год.

— Софи, где Федор?

Дочка пожимает плечами, а я смотрю на Маргариту. Без очков она милая, на стерву не похожа, кофе вкусный варит, журавликов лепит. Собака вон от нее без ума с первого взгляда, даже не пытается показывать инстинкты размножения, язык на бок, в глазах любовь. И где носят черти моего водителя?