Книга Охота на олигарха, страница 33 – Ольга Дашкова

— Так и есть, дорогая, как спалось?

Смеюсь в голос, Макс кряхтит в трубку, Егор с Женей перестают ругаться и смотрят на меня. Господи, мне пятьдесят лет, я скоро стану дедом, у меня огромное состояние, куча дел и обязанностей, я загораю в Нижних Камышах, а начальник службы безопасности играет спектакль.

— Ты по делу или просто узнать, как дела?

— По делу.

— Говори.

— Помнишь, тот, Никулин Антон из отдела аналитики, что хранил информацию на личном ноутбуке и заявил, что его украли из филиала на Кутузова? Так вот, парни его слега прижали — не сильно, и тот, обливаясь слезами, признался, что ничего у него из офиса не крали, а ноут пропал из дома.

— Нам от этого не легче, к тому же все счета имеют не одну защиту.

— А вот тут начинается самое интересное, он как профессиональный хакер залез в систему изнутри. Зачистил следы, что наши специалисты не сразу заметили.

— Дальше.

— А дальше, как говорится, ищите женщину, Антошка влюбился, это все она, его порочная любовь, просила сделать все это.

— И ты мне звонишь для чего? Чтоб доложить, что все вокруг зря получают зарплату, что некоторые отделы и служба безопасности выполняют свою работу через жопу? — повышаю голос, потому что реально ситуация тупая до беспредела. — Что еще?

— Пока все, и ты, Владимир Сергеевич, не кипятись, всех найдем. Дыши свежим воздухом, парься в баньке.

— Надеюсь, а то поедешь ты, Макс, пингвинов охранять. Как мои девочки?

— Хорошо, Дашу Вершин успокоил, с Машей сложнее, ты знаешь, какая она настырная, пришлось рассказать, иначе бы разнесла клинику.

— Да, моя девочка, — улыбаюсь, вспоминая дочек.

— Суровый босс. Как там вообще дела?

— Отлично, сосед веселый, пьющий, думаю забухать с ним. Все, отбой.

Убрал телефон в карман, а между Егором и моей гостьей разгорался скандал. Почесал еще больше отросшую бороду, такими темпами меня дочери не узнают, вернусь в город как Дед Мазай.

— Да что ты несешь? Пить надо меньше, я совсем этого не говорила.

— Это у тебя память короткая, все вы, бабы, такие.

— Так, все вы мне надоели. Пошли домой, нос уже синий, трясешься вся.

— Никуда я не пойду с вами.

Тяну девушку за руку, она сопротивляется, даже через перчатку понятно, какие у нее холодные пальцы. Осматриваю с ног до головы, килограммов пятьдесят пять, не больше, не должен надорваться.

Присев, резко подхватываю её под ягодицы, закидывая себе на плечо. Женя не сопротивляется, лишь вскрикивает и крепко цепляется за куртку одной рукой, держа другой сумку.

— Отпустите меня немедленно, мне надо в город, мне надо срочно уехать.

— Не получится.

— Да, правда не получится, — Егор поддакивает.

— А ты вообще рот закрой.

Не обращая внимания на перепалку старинных друзей, уверенно несу девушку в дом, совсем не тяжелая. Толкаю дверь ногой, с улицы в доме очень тепло, ставлю Женю на пол, она молчит, лишь прерывисто дышит.

— Замерзла?

— Не стоило меня нести, — дрожит, но все равно пререкается.

Снимает шапку, волосы падают на лицо, я тянусь, чтоб убрать их, хочу видеть ее, а еще — чтоб в этих ледяных глазах растаял лед, как вчера после водки.

Тяну на себя за воротник, целую. Губы холодные, вкуса морозного утра и яркого солнца. Странный отпуск у меня выходит.

Евгения

Что вообще происходит? Как? Как такое возможно? Губы требовательные, настойчивые, а еще горячие. Он целует, подчиняя, лишая воли. Быстро скидывает свою куртку, расстегивает мой пуховик.