Книга Снова будешь моей. Мой Консерватор, страница 87 – Лина Коваль

— Андрей пропал, - кусая губы, чтобы в очередной раз не разрыдаться обнимаю ее.

Наступивший день официально становится худшим днем в моей жизни. Я думала это право навсегда принадлежит дате нашего развода. Но нет. Тогда я хотя бы знала, что с ним все в порядке.

Сейчас же… заснуть никак не получается. Постоянно мониторю местные паблики в социальных сетях, в которых каждый час выходят новости с места поисков "известного бизнесмена и собственника " Капитал Строя" Андрея Громова".

Добровольцы группами проходят участок за участком. Квадрат за квадратом. В комментарии стараюсь не заходить. Видеть рассуждения диванных знатоков о том, что наверное с ним что-то случилось или вероятнее, Андрея уже нет в живых – выше моих сил.

Эти силы и так уже на пределе своих возможностей.

Ксения делает все что ль нее зависит. Пару раз заставляет поесть, успокаивает. Радуется беременности. Только за нее и держусь. Он найдется! Он же такой.. крепкий, основательный. У него всегда есть выход из любой ситуации.

Периодически срываюсь на слёзы.

Надо верить Глебу... У него тоже все и всегда получается. Как у Андрея, с которым просто не может произойти чего-то непоправимого. Я этого не переживу… Это несправедливо!

По прошествию суток с момента пропажи новостей нет. Поиски осложняются постоянным ливнем и непроходимостью леса в тех местах. Возможно, они вообще ищут не в том направлении?

Моя любимая квартира вдруг становится тюрьмой.. Стены давят. Пытаюсь заставить себя принять душ... Ночью прилагаю усилия, чтобы подремать... Снова повторяется сон, как я бегу по лесу и ищу...

Только теперь-то уж точно знаю кого...

С утра встаю с кровати в состоянии решимости. Я должна быть там. Должна быть где-то рядом. Андрей должен почувствовать, как мы ждем и верим в него.

— Надо ехать. Я больше так не могу, - говорю за завтраком.

— Может всё-таки здесь будем ждать? – осторожно замечает подруга.

— Нет, я всё решила.

Открываю шкаф в спальне, доставая спортивный теплый костюм и ветровку.

— Я тебя одну не отпущу. Твой родственник на ремни меня изрежет, - твердо заявляет Баринова, тоже собираясь. – Сама тебя отвезу.

За 2 дня до последних событий…

В четыре утра снова открываю глаза... Как и час назад... А до этого еще с раз пять...

Долбанная бессонница… Взбиваю подушку кулаком.

Человеческая натура такова, что к хорошему быстро привыкаешь. Вот я и втянулся спать только дома. Хотя до этого целых пару лет протирал диван в офисном кабинете. Разница только в том, что привык-то я спать с ней. И она привыкла. Знаю, что тоже не спит. Мается. Но ни за что не скажет об этом.

Она сильная, моя девочка.

Проучить решила. Блядь. Серьезно?!? Я ни грамма не жалею о собственном поступке.

О том, что нажав на кнопку, отправил транш на ее кредитный счет?

Нет.

О том, как она узнала об этом?

Да! Тысячу раз!

Если такая ситуация повторится, я поступлю равным образом, применив при этом чудеса неординарной изобретательности, чтобы признаться в этом в моменте. Предварительно, конечно, запастись бы огнетушителем… Пожалуй, даже двумя…

Мой жизненный опыт говорит об одном. Люди не меняются. Настя всегда была сверхимпульсивной, порывистой, склонной действовать под влиянием внезапного побуждения. Глобально ничего в ней не поменяется. Время, конечно, сгладит самые острые углы в оттенках характера.