Книга Заставь меня Не любить. Исповедь, страница 43 – Маргарита Климова

Наверное, большинство сказало бы, что я ненормальная дура. Скорее всего, скривились бы, покрутили пальцем у виска, порекомендовали обратиться к специалисту. Я и сама с отчаянной брезгливостью принимала свои чувства, но при этом честно оценивала последствия в будущем.

Больно было видеть малейшие проявления и следы их близости, особенно при ежедневной смене постельного белья и загрузки личной одежды в стирку. В то же время сердце не могло не радоваться коротким стычкам между супругами, всё чаще вспыхивающим на пустом месте и перерастающим в показные скандалы.

Лора, со своим итальянским темпераментом, нередко пускала в ход вазы и статуэтки, взрывающие ночную тишину насыщенным звоном, а Игнат выпускал эмоции грохотом голоса и глухими ударами в стену. Камнем преткновения оказался будущий наследник, которого жаждал получить господин Немцов, и к которому оказалась не готова госпожа Немцова.

Зная её планы, не сложно было прогнозировать, что от нечаянной беременности та обезопасила себя со всех сторон. И, по Лориным телефонным разговорам с подругами, сколько бы муж-дурачок не залазил по ночам на неё, кроме натёртости промежности и испорченного настроения ничего не получалось.

Вот, нехорошо подслушивать, но благодаря прислуживанию хозяйке, я знала, что она наняла частного детектива для слежки за мужем. Чем ей так не угодил Игнат, что так нетерпеливо искала способы выгодно покончить с этим браком? Вроде, привлекательный, состоятельный, не глупый, холодно, но обходительно относящийся к жене. То ли у Лоры уже было занято сердце, то ли оно навсегда отдано деньгам, и кто делит вторую половину кровати уже неважно. Основная задача нажиться и выбросить бесперспективную вещь.

Можно считать, что моё существования стало ровнее и спокойнее. Появилась привычка засыпать сразу, стоит уткнуться головой в подушку, вставать рано, как только солнечные лучи неуверенно раздвигали занавески, и постоянно что-нибудь делать, не выпуская из рук тряпку.

В невнятной стабильности на второй план ушли мысли о папе, о заброшенных экзаменах и дипломе, о Наталье, об упущенных возможностях. Просто бездумное движение по спокойному течению, деля пространство с мусором и нечистотами. Так и плыла, привыкая к тошнотворному чувству одиночества.

Что я говорила про тоску и ненужность? То был обзор помутневшей от времени призмы. Моё положение круто изменилось в канун приближающегося дня рождения. Сборы Немцовых на какой-то банкет сопровождались очередной вспышкой непонимания. Игнат посмел опоздать и заставил жену потеть на нервной почве.

Лора, обидевшись, спустилась вниз, хлопнув дверью спальни, а потом вспомнила, что забыла наверху палантин и сумочку. По лестнице я поднималась с дрожью в коленях, а перед комнатой еле дышала от страха и головокружения.

В последний момент с ностальгией прошлась по стабильности, внутренне чувствуя, что и ей пришёл конец. Вряд ли Немцов засияет от счастья, попадись я ему на глаза. Скорее всего придётся выползать, прижимая к груди забытые вещи.

Несмело постучала и не услышала разрешение войти. Зажмурилась, нажала ручку и тихо, на цыпочках протиснулась в узкую щель. Комната оказалась пустой, и лишь шум воды доносился из приоткрытой двери ванной. Шёпотом поблагодарила судьбу за отсутствие Игната, выдыхая и расслабляя спину.