Онлайн книга «Зов Истины»
|
«Отец, неужели мать…сможет возвыситься?» — спрашивает он, обращаясь к Гхр’улл-шагг’оту. «Трансформация» — отвечает Древнейший, не отводя взгляда от Эридии: «Твоя мать станет кем-то большим. Она избрала путь, который изменит все, путь которым мы должны идти, необходимая жертва…» Наследник приближается, его движения осторожны, словно он боится нарушить священный ритуал. «Я не понимаю,» — признается он: «Разве она уже не изменилась?» «То было лишь начало» — объясняет Гхр’улл-шагг’от: «Теперь она станет равной Первым. Она займет место… той, кого я потерял, однажды, той, что поможет перейти на новый уровень бытия». В глазах Наследника мелькает понимание: «Аси’Маль’эризит… Твоя сестра, отец». Эридия поворачивается к сыну, ее глаза светятся ярче: «Не бойся за меня. Это мой выбор, и я принимаю его осознанно». Гхр’улл-шагг’от делает жест, и тронный зал преображается. Стены растворяются, открывая бесконечное пространство космоса, усыпанное звездами. Но это не обычный космос — звезды здесь пульсируют в унисон, словно сердца единого организма, а между ними струятся потоки энергии всех цветов спектра. «Это Вуаль Первых» — объясняет Древнейший: «Измерение, где рождались наши сущности. Здесь произойдет твое перерождение, я отдам остаточную сущность моей сестры, которую я хранил так долго, для твоего преображения». Эридия парит в невесомости, её фигура кажется хрупкой на фоне космической бесконечности. Гхр’улл-шагг’от перемещается на некоторое расстояние от девушки, давая ей пространство, и начинает произносить слова на языке, звучащем как шепот звёзд и крик новорожденных галактик. Тело Эридии обволакивает коконом из света — красного, золотого, серебряного, переливающегося всеми оттенками существования. Её черты начинают меняться, становясь одновременно более четкими и более эфемерными, словно она существует в нескольких измерениях одновременно. Наследник наблюдает за процессом с благоговейным ужасом. «Это… больно для нее?» — спрашивает он, и впервые в его голосе звучит неподдельное беспокойство. «Невообразимо…» — бесстрастно отвечает Гхр’улл-шагг’от: «Но это необходимая боль. Боль рождения. Она становится тем, кем ей предопределено быть». Внезапно из кокона света вырывается крик — не боли, но освобождения. Свет взрывается каскадом цветов, которых не существует в материальном мире, а затем медленно рассеивается, открывая новую Эридию. Ее волосы теперь подобны чистому белому свету, струящемуся вокруг головы подобно нимбу. Кожа излучает мягкое серебристое сияние, а глаза стали двумя яркими звездами. Ее одеяние, кажется, соткано из самой ткани реальности, меняющейся с каждым движением, белоснежные, лучистые, в лбу разгорается золотое свечение. «Я… вижу» — произносит она голосом, в котором звучат эхо бесчисленных миров: «Я вижу все нити вероятностей, все пути, которые были и будут». Гхр’улл-шагг’от приближается к ней, он выражает что-то близкое к удовлетворению. «Аси’Маль’Эризит видела будущее» — говорит он: «Она знала, что этот день настанет, что найдется та, кто займет её место. Не заменит ее — никто не мог бы заменить сестру — но продолжит ее путь». Эридия улыбается, и в её улыбке — мудрость эонов. «Я понимаю, теперь» — говорит она: «Все было частью плана. Не твоего, не моего — плана самой Вселенной». |