Онлайн книга «Погоня за судьбой»
|
— Ты сгущаешь краски, Габи. Не нужно, прошу тебя… — Да?! А те истории, что про неё рассказывают? Сколько людей она на тот свет отправила? — Там были обстоятельства. К тому же, количество жертв наверняка сильно завышено… — Посмотрела бы я, о каких обстоятельствах ты запел, если бы твой без пяти минут муж сгорел заживо. — Раздался нервный вдох — Кляйн затянулась сигаретой. — Если весь этот бред про ямы с магмой — вообще правда… Мы взяли на борт монстра, Норман — и он нас всех сожрёт. Попомни мои слова… «Словно оплевали», — подумала я, а потом застыла — от ледяного, парализующего узнавания. Ведь где-то в глубине, под слоями усталости и онемения, чёрное, липкое чувство соглашалось с каждым её словом. «Монстр». Да. Именно так. Голова закружилась, а в горле встал знакомый металлический привкус — тот, что бывает перед боем или после удара в солнечное сплетение, — но драться хотелось не с Кляйн, а с собой. Я отлипла от стены и попятилась — прочь, бесшумно, как вор, которым никогда не была, ведь вор крадётся, чтобы украсть, а я кралась, чтобы не своровать у них последнее — иллюзию того, что монстры выглядят как монстры, а не как люди с железяками вместо рук. Мехапротезы же двигались с кошачьей, противоестественной точностью, на какую не были способны живые мышцы — ещё одно доказательство её правоты. Ведь я не вор, укравший жизни её людей. Я — машина для убийств, притворяющаяся человеком. Я поднялась по лестнице в жилой отсек и доковыляла до своей каюты. Присев у окна, отрешённо глядела в бескрайнюю звёздную черноту. За стеклом иллюминатора не было ни верха, ни низа — только недвижимые бусины звёзд мягко подмигивали мне, убаюкивали и толкали в сторону заправленной постели… «Нет! Не спать!» Я встряхнулась, резко вскочила и принялась наматывать круги по каюте. Побродив некоторое время, словно коза на привязи, решила прогуляться по кораблю. Я не могла спать, как и оставаться в одиночестве — стоило только оказаться наедине с собой, как перед взором из памяти восставало лицо Рамона в те секунды, когда его естество окончательно испарялось, уступая место зверю. Раз за разом картина внутренней борьбы, отражённой в его бешеной, нечеловеческой мимике, прокручивалась в мозгу… И его глаза… Эти безумные, красно-чёрные глаза… В коридоре и в кают-компании уже никого не было, царила тишина, и только за одной из дверей — в каюте Софи, кажется, — слышалась негромкая музыка. Я проследовала мимо, добрела до кухни и, взяв с полки первую попавшуюся керамическую кружку с отпечатанным на боку красным сердечком, наполнила её бодрящим напитком из чрева кофемашины. Сидя за столом и уставившись в пустоту, я в несколько глотков выпила кофе, затем ещё раз наполнила ёмкость и пошла по коридору… Числа, только числа… Только они помогали оставаться на ногах… Сто семь шагов от кухни до моей каюты. Сто тридцать один шаг от каюты до капитанской рубки… Числа выстраивались в чёткую, неопровержимую линию обороны против хаоса в голове. Длина коридора в жилом модуле — восемьдесят два шага. Восемнадцать ступеней вниз, пятьдесят шагов — и передо мной запертая дверь в машинное отделение… Пока я считаю — я существую. Пока я существую — они не могут меня догнать… Там, в машинном отделении, заключённая в магнитное поле, кипела термоядерная реакция при температуре в сто пятьдесят миллионов градусов… Пятьдесят шагов обратно и ещё восемнадцать ступенек вниз — и я в переходном шлюзе, возле двери в грузовой отсек… |