Книга Мертвые девочки не проболтаются, страница 88 – Челси Ичасо

Теперь Грант расправляет плечи, подходит ближе и проталкивается между нами.

— Ты спятила? – Его загорелая кожа багровеет. На что он так зол? – Я не собирался тебя бить, – говорит он сквозь зубы. – Я просто хотел, чтобы ты говорила тише.

Но он все еще крепко держит дугу в руке.

— Так, я поняла, – говорит Джейси, бросая на меня предостерегающий взгляд. Она тянет меня за руку, но Грант преграждает нам дорогу.

— Подождите.

Он выпускает из руки дугу, та падает на землю. Грант хочет показать, что успокоился. Но он все еще напряжен. Я смотрю на его руки, теперь пустые, но они все еще сжаты в кулаки, причем так плотно, что выступают синие вены. Я перевожу взгляд на его рубашку – он сегодня утром пропустил одну пуговицу.

Не могу оторвать от нее взгляд. Это как муха на экране телевизора, что хочется смахнуть. Так и все во мне хочет застегнуть эту пуговицу, девушки всегда так делают своим парням. Но я не осмеливаюсь протянуть руку.

— Нельзя трепаться о таком при всех, – шепчет Грант. – Помолчи, пока мы не спустимся вниз и не окажемся в безопасном месте.

Кажется, он хочет меня защитить. Пытается нас уберечь.

Тем не менее Грант произносит «помолчи» так, что волоски на моем затылке встают дыбом.

— Хорошо, Грант, – говорит Джейси, пытаясь его обойти. – Мы будем молчать. Обещаю.

Но он не отходит.

— Ты… – открываю я рот, хотя понимаю, что собираюсь задать глупый, может, даже смертельный вопрос. Но я должна знать. – Ты знаешь, что в тот день случилось с Пайпер? Ты видел ее?

А ведь та буква «Т» вполне могла быть и «Г». Может, она означала не «тренер».

Вдруг это было имя Гранта.

Грант громко вздыхает сквозь плотно стиснутые зубы. Он снова потирает затылок, причем так сильно, что краснеет.

— Мне очень жаль, – говорит он, глядя прямо на меня.

И мое сердце в груди замирает.

День, когда она упала

— Я про это ничего не знаю, – говорит Грант.

Я повела его вокруг главного здания, вдоль спортивных площадок, что ограждены проволочной сеткой. Должно быть, футболисты на силовой тренировке – никого не видно. По крайней мере, никого, до кого есть дело Гранту. Порой мимо нас пробегает кто-то из легкоатлетов, занимающихся бегом по пересеченной местности. В тени деревьев с другой стороны спортивной площадки занимаются те, кто во время игры выносит флаги.

— Пожалуйста, – умоляю я, закрыв глаза. Надо как-то до него достучаться. Вдруг по моим щекам катятся слезы, Грант смотрит на меня так, словно я спятила. – Ты не понимаешь, как для меня это важно. Если я не напишу статью, то всему конец.

— Может, мне позвонить Саванне? – Он бросает взгляд на телефон.

— Нет! – говорю я слишком быстро.

— Ну, тогда послушай меня. Не надо ничего выискивать в кабинете мистера Дэвиса. – Грант говорит суровым тоном. Но я жалобно шмыгаю, и тогда взгляд его светло-карих глаз смягчается. – Он не покрывает никакой допинговый скандал. Ты-то должна это понимать.

— Если поделишься правдой, в статье я не буду упоминать твое имя. Обещаю.

— Ты не будешь упоминать мое имя, потому что писать статью не о чем.

Он собирается уходить, но в моем мозгу вспыхивает идея, которая толкает меня идти вслед за ним.

— Есть о чем, и в кабинете мистера Дэвиса я нашла доказательства. Некоторые результаты рандомных допинг-тестов отсутствуют. Включая твой. – Я иду на риск: времени искать результаты Гранта у меня не было. – Что ты об этом думаешь? Как так могло получиться?