Книга Потерянное эхо, страница 186 – Фарха Таннба

— Майстерин, это ваших рук дело?

Осторожное изумление Виенны заставило вскинуть голову, поднять посох и оценить последствия колдовства. Теперь поверхность рыхлого прибрежного льда стала заметно глаже и как будто белее, а в паре метров от берега, за светлым старым льдом темнело пятно свежего льда, кристально-прозрачного и потому едва заметного на фоне зеленовато-серой глубины. Если бы не текучий блеск волн, граница между льдом и водой бы вообще исчезла.

Раньше, чем майстерин успела что-то сказать, Тидесбала выскочила на лёд, бесшумно просеменила к колдовскому льду, выскочила на него, вглядываясь в толщу и несколько раз топнула со всей силы.

— Крепкий, — ухмыльнулась юлчы, звякнув колокольчиками и подвесками украшений. — Толщина? — деловито осведомилась Виенна.

— В середине не меньше двух ладоней, по краям тоньше. Но я думаю, что нам этого хватит.

— А какой ширины будет полоска? Если вы, конечно, не планируете заморозить весь фиорд, — обернулась сестра Эрсина к Рубидии. Та чуть задумалась, оценивая результат, прислушалась к ощущениям, а затем отчеканила:

— Около двух или полутора метров, в зависимости от того, насколько долгим будет воздействие.

Виенна кивнула и показала на дверь:

— Вытаскиваем на лёд?

— Да, только аккуратно.

Вдвоём женщины спустили многострадальную дверь с берега на скользкий лёд. Пока Рубидия придерживала её, Виенна и Ут-Кызы забрались на дерево, которое под их общим весом жалобно скрипнуло, царапая остатками фурнитуры лёд, но выдержало. Майстерин выдохнула и одним прыжком последовала за ними. Лодыжку ожгло болью от толчка, но Виенна подхватила Рубидию за плечи и не дала упасть.

— Благодарю вас, фрайфрау. Ут-Кызы, вы отвечаете только за трение между льдом и дверью, больше ни за что. Я буду держать лёд и замораживать его перед нами. Госпожа Илаи, вам останется следить за направлением. Подталкивать нас в нужном направлении, но осторожно, чтобы не свалиться. Справитесь, фрайфрау?

— Справлюсь, — ухмыльнулась Виенна и запахнула свой худ поплотнее, быстро перезаколола его фибулой и уселась на двери почти как школьница, которая решила скатиться с горки на собственной сумке с учебниками.

— Ну, толкните нас тогда, что ли! — предложила ей майстерин Гаусс, и сильтка послушно отпихнула от берега дверь, которая заскользила по льду прямо к тёмной воде. Рубидия касалась замёрзшей поверхности посохом, готовая вновь потянуть на себя эфир, и, как только кромка льда опасно приблизилась, повернула запястье, завершая магический жест. Только и успела увидеть, как бесшумно побежала вперёд граница между льдом и водой, прорастая кристаллическими иглами, которые быстро сливались в единое полотно, почти однородное и зеркально гладкое.

Тидесбала держала дверь и позволяла ей с лёгкостью передвигаться по свежему льду. А вот Виенна справлялась со своей задачей хуже, дверь то и дело закручивало то в одну, то в другую сторону, и Рубидия слышала, как у неё за спиной фрайфрау Илаи тихо и злобно ругается сквозь сжатые зубы. Помочь ей майстерин не могла: всё её внимание сосредоточилось на горячем посохе, ломающем запястья и локти эфирном потоке и льде, который по её воле тянулся всё дальше и дальше — над тёмной глубиной фиорда и по-зимнему мутноватыми холодными водами. Кристальный монолит, поддерживаемый выталкивающей силой и собственной прочностью, не мост в привычном понимании, но и его хватало. Чем дальше, тем сложнее было извлекать эфир из воды. Посох в руках алой майстерин почти жёг ноющие от кончиков пальцев до самых плеч руки, а ещё нарастало ощущение фантомных крыльев за спиной, почти реальное и оттого до отвращения жуткое. Крыльев в собственном теле уже почти не хватало, сердце оглушительно колотилось в груди, воздуха не хватало, и мир сжался до полосы льда, на которой Рубидия пока ещё могла сосредоточиться.