Книга Топор богомола, страница 66 – Котаро Исака

— Она перешла в другую школу.

— В самом деле?

После того вечера Жук-носорог больше не встречал Мацуду на скалодроме. Он подумал, что, возможно, их расписания в последнее время не совпадали, но когда он спросил работника спортзала, то узнал, что Мацуда вообще ни разу с тех пор не приходил.

Жук-носорог догадывается, в чем причина. Либо он просто не знал, как справиться с угрызениями совести и как себя вести после событий того вечера, либо испугался Жука-носорога после того, как тот предложил избавиться от тела, не дав никаких объяснений.

— Его дочь ведь как раз собиралась сдавать экзамены… Могу себе представить, как ей непросто сменить школу в такое время.

— Ну да… К тому же я слышал, что ее родители развелись.

— Серьезно? Ничего себе!

«Он ушел от своей жены. Он освободился».

Мацуда, должно быть, осознал, что больше не может изо всех сил держаться за стену. «Я надеюсь, сейчас ему гораздо лучше», – невольно думает Жук-носорог.

Вниз со второго этажа спускается жена. В последние дни она занимается реорганизацией и перестановкой вещей в доме так увлеченно, будто это новое модное веяние. Она посвящает этому любую свободную минуту, которая у нее выдается.

— Только взгляни, что я нашла. – Жена ставит на стол старую картонную коробку и снимает с нее крышку. Внутри лежат стопки сложенных листов бумаги для рисования. Она достает один и разворачивает его. Это рисунок цветными мелками. – Остался с тех времен, когда Кацуми ходил в детский сад.

На рисунке изображен мужчина с большой головой и надпись: «Спасибо, что заботишься о нас, папочка».

«Мацуда-сан, мой сын тоже нарисовал мой портрет!» Жук-носорог хотел бы поделиться этим со своим другом.

— Наверное, не стоит его выбрасывать, – задумчиво говорит жена.

Он сам удивляется, с каким нажимом произносит в ответ:

— Конечно же, нет!

Еще некоторое время внимательно вглядывается в картинку, не в силах правильно сформулировать мысль. У него болит сердце, и в центре этой боли – дыра. Он хотел бы заклеить ее рисунками, сделанными цветными мелками.

— Пап, что случилось? – спрашивает Кацуми, продолжая читать учебные материалы и искоса глядя на отца.

— Ничего, – говорит тот, его голос немного срывается.

«Мы ведь только подружились…»

* * *

Жук-носорог проводит все меньше времени на скалодроме, но когда он все же приходит, то, поднимаясь на стену и держась обеими руками за последнюю опору, время от времени возносит молитву о том, чтобы снова увидеть Мацуду.

«Когда у тебя много друзей – это не обязательно хорошо». Так однажды сказала жена Жука-носорога – когда-то давно, может быть, когда Кацуми только готовился пойти в начальную школу.

Кто-то, возможно, мог бы ответить на это: «Ты совершенно права!», но Жук-носорог давно уяснил, что это не лучшая идея. Не следовало мгновенно и безоговорочно соглашаться, так как это могло быть воспринято как «автоматический ответ». Гораздо лучше было сказать: «Да, действительно, в этом что-то есть…» – и поинтересоваться ее аргументацией, внимательно выслушать, не забывая время от времени замечать, что каждый довод разумен и логичен, и наконец сказать: «А, понятно!», в обязательном порядке утвердительно кивнув. Вот что сделал Жук-носорог, когда она впервые заговорила с ним о дружбе.

— Просто я думаю, что лучше идти по жизни с одним близким другом – с кем-то, с кем ты по-настоящему ладишь. У меня есть одна подруга, чья другая подруга постоянно просит одолжить ей денег из-за того, что ее сын все время попадает в самые разные неприятности. А потом еще у одной моей подруги ее подруга увела парня. А у третьей моей подруги есть подруга, которая постоянно ревнует ее к другим друзьям и ведет себя с ней просто ужасно.