Книга Что есть Книга, или Правила пользования библиотекой, страница 280 – Ирина Чеботарь

Отчего от этих слов по телу, словно тёплый сладкий сироп разлился?

— Лес прочесали, тебя не нашли, в общем, впору было предаться отчаянию. Все рыдали, только дядя Лойза и Роман Эрнестович вернулись к молитвам. Они-то первые и заметили мерзкого демона с тобою на руках.

— Белочка не мерзкая.

— Тебе виднее.

— Николай Владимирович относительно в курсе ситуации. Его жена домохозяйка, ей не в тягость присмотреть за Ваней, пока ты будешь находиться в больнице. Валера сказал им, что Саша попал в аварию,… - она лукаво подмигнула мне, - и что он твой жених. Так что, можешь не переживать. Всё устроено.

— Спасибо.

— Не за что. Вещи собрала?

— Так точно.

— Мы уже уходим? – В спальню влетел запыхавшийся Ваня.

Утром, выспавшись, насколько это возможно в неудобном положении, он заявил, что хочет попрощаться с лесом. Я не стала возражать. Тайга теперь не таила в себе угрозы, я без страха доверила ей своего сына, зная, что нигде он не будет в большей безопасности, как под прикрытием волшебного леса и его обитателей.

Патриция Витальевна помогла нам отнести вещи к библиотеке. Дорогой я старательно думала о предстоящих радостях, избегая размышлять о скором прощании с Непорочным.

Директриса помалкивала, уважая мои чувства. Ваня посапывал, следуя позади нас. Скорее всего, плакал. Я не оборачивалась к нему. Когда рыцари плачут, лучше не подавать виду, что слышишь.

— Можно я пройдусь по библиотеке? – Я бросила чемоданы под ступеньки.

Ваня отошёл за колону, наверное, прячет красные глаза.

— Что ты спрашиваешь разрешения? – Удивилась Патриция Витальевна. – Ступай. Твоё право.

Сама не знаю, отчего мои ноги подгибались, а сердце колотилось, будто спешило вырваться из телесного плена. Вот он, прохладный вестибюль.

Беглый взгляд к фотографиям.

Нет, не могу.

Слишком дороги мне лица, запечатлённые на глянцевых снимках.

Коридор. Дверь директорского кабинета.

Я застыла.

Ах, если бы чуть-чуть отворить её и увидеть в узкую щёлочку Пенелопу Витальевну, склонившуюся над бумагами, неумело нахлобучившую на нос громоздкие очки, свой секрет от всех нас.

Куда дальше? Налево, или направо?

Одинокая и печальная я бродила в прохладных комнатах, скользила кончиками пальцев по книжным корешкам, вздыхала, вспоминая, как в первый раз переступила порог библиотеки. Почему-то меня ни капельки не удивляло отсутствие библиотекарей. Сама бы я тоже не смогла работать. Досадно было, что никто не пришёл попрощаться.

— Люба! – Позвала Галя с улицы, я выбежала на ступеньки. Слава Богу, хоть с нею прощусь.

— Галя! – Педантичная и строгая, она стала мне сестрой. Я надеялась обнять её, но Галя махнула рукой и поманила меня на тропинку.

— Бежим, там табор срывается с места.

Меня кольнула обида. Они же родственники, отчего не пришли повидать нас напоследок. Почему никто не провожает нас с Ванечкой?

Одна Патриция Витальевна с безучастным видом сидела на ступеньках. Первым порывом было сесть рядом с ней и не двинуться с места. Пусть едут, если им так хочется. Но Ванина чернявая головка уже скрылась за углом усадьбы и я, не умеющая долго дуться, ринулась за ним.

Кони были запряжены в кибитки, но цыгане не спешили рассаживаться по местам, стояли тесным кружком с библиотекарями, ожидая нас.

Роман Эрнестович и дядя Лойза отделились от группы соплеменников и пошли нам навстречу.