Книга Осторожно! Дракон на перевоспитании, страница 65 – Любовь Белых

Это он так пытался тему разговора сменить?

Эх, верно я его взгляды за миской супа на девчонку истолковала. Кажется, у нас здесь первая любовь со всеми вытекающими.

— Я возьму. – забрав у Барнса довольно тяжёлый подсвечник, я поправила свою простыню и тихонько вздохнула.

Вроде уже и сшила себе неплохую ночнушку, а всё в простыне хожу. По-хорошему обновку надо бы постирать, высушить, самой искупаться, тогда уже и надевать, а я… А у меня организованность всегда хромала!

«Завтра. Всё будет завтра. Подсмотрю, как здесь люди нормальные стирают, где, чем и в чём, где бельё сушат… Всё завтра.» – решила для самой себя, своей же расхлябанности в оправдание.

— Так и? Сколько вы знакомы?

Мой юный друг распахнул передо мной дверь и поспешил меня заверить:

— Она хорошая девушка, госпожа. Вам не стоит беспокоиться на её счёт.

М-да… Тяжело, однако, бывает с мужчинами. Так же тяжело с ними, как у них с эмпатией и намёками.

Решила идти от обратного:

— А сколько ты уже здесь?

— Как и граф. Полугодие, поди, будет. Правда, он не всё это время графом был. Ему недавно титул дали, но вы это, наверное, и так знаете.

Очень интересно.

— Ну-у, – осторожно протянула я, шагая по полутёмному коридору, – За полгода не навести здесь порядок…

— А с чего вы взяли, что сьеру это нужно, госпожа? Он не просил ничего у императора. В графья не метил. Он прибрежье защищал. Его народ выбрал. Деревни, что тут неподалёку, столько натерпелись за эти годы, а мой господин пришёл и устроил дарийцам взбучку. Конечно, народ уже своих старост толком не воспринимал. Все к Теовару до Сих стали на поклон бегать, да на него ссылаться. Маленько времени прошло, он здесь сам императором стал. Но двум императорам не бывать в одной империи, потому его и сделали графом, отдав ему эти земли. За военную службу на благо империи и за любовь народа. Я, как считаю, мой господин в первую очередь воин, а вот потом уже граф. – горделиво вёл свой рассказ мальчишка. – Вот, когда с дарийцами покончит, тогда уже и обязанностями графа займётся.

Кхм… Я всё, конечно, понимала… и ничего не понимала одновременно. Понятно, что обе стороны находились в состоянии почти что войны и каждая имела право на толику ненависти и злости к врагу, но… как-то меня по странному начинало раздражать, что время от времени кто-то заводил речь ОБО ВСЁМ народе дарийцев. Была бы я на Земле, я бы непременно сказала, что нет плохих национальностей – есть плохие люди, а здесь же я терялась и молча негодовала. Кто знает, быть может, эти островитяне и правда все поголовно плохие?

— Я, – стараясь не показывать своего настроения, я нахмурилась и заговорила как можно спокойнее, – Не видела здесь библиотеки. Покажешь мне потом, где она?

— Знамо, что не видели. Как же её увидеть, если её здесь нет? А у вас есть, да? – полюбопытствовал мальчишка.

— Конечно. Ещё какие. – фыркнув, я гордо расправила плечи и ухмыльнулась.

— И что? Вы прямо все грамоте обучены? Зачем вам много библиотек?

Я не сразу сообразила, что начала путаться в личностях: своей и Сэймы, снабжая Барнса, любителя потрепаться, дезинформацией о народе, который в глаза никогда не видела. Хотела было как-нибудь выкрутиться, уйти от ответов, сменить тему разговора, но не успела даже что-то толковое выдать, потому что со стороны лестницы, мимо которой мы совсем недавно прошли, послышались чьи-то торопливые шаги.