Книга Осторожно! Дракон на перевоспитании, страница 23 – Любовь Белых

Посмотрев на каждую из собравшихся женщин строгим взглядом, я отпустила подол юбки и упёрла руки в боки.

— Здесь я хозяйка. – подала голос самая молодая из них, не носящая по мне траур. В красивой блузке, с впечатляющим декольте, не скрытым ни воздушным фартуком, ни тёмными космами, торчащими во все стороны, она выглядела довольно… впечатляюще. Особенно впечатляющим был большой нож, который она сжимала в руке. – Ты вчера травилась. Сама! Я тебя в кухне одну не оставлю. Ты дарийка!

Барнс громыхнул рядом подносом с посудой и что-то прошептал дерзкой женщине на ухо.

— Если я дарийка, мне есть не положено? – с недовольством наблюдая, как мой голубоглазый почти что друг что-то нашёптывает наглой особе на ухо, я почти что истерично взвизгнула.

— Да кто тебя знает? Ты здесь чужая! Враг! – злобно выплюнула она. – Себя отравить не получилось, может, ты нас всех отравить решила?! Я тебя к своей кухне не пущу!

— Мы просто возьмём немного еды и уйдём. – взволнованно зашептал Барнс. На этот раз я его хотя бы услышала. – Не нужно всего этого, пожалуйста. Граф осерчает.

— Сейчас осерчаю я. – зло прошипела я. – Дарийцы голодные, знаете, какие кровожадные? Да здесь клочки полетят по закоулочкам! Да я вас в порошок всех сотру! Быстро выметайтесь отсюда! Пока есть откуда, выметайтесь! Не достанется кухня мне, не достанется она никому. Разнесу здесь всё. В пыль, в труху, в сопли… – не на шутку разошлась я. – Пошли отсюда!

Бабки прониклись. Встрепенулись, на выход засобирались, а вот та борзая, с ножом в руке, даже не шелохнулась.

— Ты меня своими истериками не проймёшь. Это моя кухня. Из-за какой-то мерзости, я не стану рисковать жизнями других людей. Кто знает, на что такая, как ты способна… – хищно щурясь, выговаривала она. – С места не сдвинусь.

— Лиаша, пожалуйста… – моляще протянул Барнс, вцепившись в руку пышногрудой особе. – Да что тебе стоит? Я присмотрю. Графиня только возьмёт себе что-нибудь из еды. Может, из готового, а может, я что состряпаю. Ну что тебе стоит? Войди ты в положение! Её вчера кто-то отравить пытался. И заметь, наш граф жену себе выбрал под стать себе, такую же добрую и милосердную. Вон, она уже сколько здесь, а ещё ни разу тебя в покушении на свою жизнь не обвинила, даже в темницу не бросила. А это ведь ты ей еду накладывала…

— Ты что, паразит, несёшь? – встрепенулась, как я поняла, кухарка.

Мне решительно не нравилось, что эти двое общались между собой так, будто меня здесь не было. Как в такой атмосфере в образ нормально войти? Графиня, графиня… а кто это вообще? Как это вообще? Судя по всему, что я видела и слышала, это никак. Никакой мне власти, никакого мне уважения, никакого мне послушания. Обидно же, чёрт побери!

— Пусть остаётся. – громко заговорила я, привлекая к себе внимание. – Я как раз наверстаю упущенное и поинтересуюсь, как вышло так, что еда, которую готовила и накладывала эта кухарка, оказалась отравленной.

Устроив небольшую ревизию на чужой кухне, я осталась очень довольна. Признаться, я очень сильно боялась, что здесь окажется какой-то совершенно незнакомый и странный перечень продуктов, из которого я могу слепить конфетку, только с чьей-либо помощью и чередой бесконечных расспросов.

Взяв в руки ломоть подмороженного мяса, который при детальном осмотре оказался ещё и без кости, я удовлетворённо кивнула. Не стала спрашивать, каким расчудесным образом в таких условиях, при явном отсутствии холодильника, мясо подвергалось заморозке, прежде чем попасть ко мне в руки. Ссыкотно было, конечно же. Я боялась опростоволоситься на чём-то очень лёгком и банальном, известном вот прям всем-всем.